Десятый человек

Они излагали это в соответствии с пониманием или обусловленностью ума тех людей, среди которых жили.

И которые сильно отличались от нас?

Как и друг от друга – географически, демографически и хронологически.

И такие объяснения для нас не подходят?

Мы пытаемся, изо всех сил пытаемся понять то, как они излагали это для своих современников, но для нас это очень долгий и трудный процесс, включающий изучение основ их обусловленности. Мало кто из нас в этом преуспевает.

Значит, для нас этот современный западный стиль должен быть легче?

Наша собственная обусловленность должна быть преодолена или разрушена, прежде чем мы сможем понять его. Одно это – долгий и трудный процесс, и одно это – дольше и сложнее, чем то, что приходилось делать им в свое время, ведь их обусловленность материалистическим была не такой прочной, как наша. Обрести их понимание, включающее замысловатую религиозную основу, для многих из нас – слишком сложно, и нет никаких оснований считать, что мы больше подходим для такого задания, чем они.

То есть религия – это препятствие?

Одновременно Путь и препятствие.

Как это?

Это традиционный Путь, но преданность эмоциональна и позитивна, и эмоциональность – такое же большое препятствие, как и интеллектуальность, поскольку и то и другое уводит от нас самих, от истинного «Внутри» Иисуса, к объекту, к «другому», к объективизации всех мыслей.

Разве, прославляя другого, человек не прославляет себя?

Верно, но пока он не поймет это, он все еще во тьме и не знает, что делает. В любом случае и эмоциональность, и диалектика направлены вовне.

Поскольку они утвердительны?

Именно. Только через постоянное и тотальное отрицание всего утвердительного, всего концептуального, называемого «реальностью», всего феноменального, можно ясно понять ноуменальность, которая неизбежно и очевидно есть все, что мы есть.

И такое понимание должно быть совершенным пониманием нашей связи со вселенной и реализацией того, что мы есть?

Такое понимание – это начальное понимание. Совершенное понимание – это проживание понятого.

И как этого достичь?

Этого нельзя достичь. Это не достижение.

Почему?

Почему? Потому что это окончательное понимание того, что не может быть никого, чтобы достигать чего-либо, и того, чего можно было бы достичь.

Кто тогда это может сделать, если не мы?

Кто такие «мы»? И кто там есть, чтобы что-то делать или кого-то искать?

Наше «я»? Разве мы не должны найти наше «я»?

Разве это не то же самое, что звать кого-то, кто и так находится в комнате?

Но ведь мы должны найти то, что дает нам возможность видеть?

Разве это не то же самое, что искать очки, которые уже на носу и без которых ты не можешь их уви- деть?

Ну хотя бы разве это не Я ищу себя?

Если ты наберешь свой номер в телефоне, ты сможешь позвонить себе?

То есть надо искать в другом направлении?