Дети-индиго в России: Вундеркинды третьего тысячелетия

Я обратила внимание на то, как написаны книги об индиго. Во-первых, они очень, даже слишком популяризированы и упрощены. Возможно, это делается для лучшего контакта с читателем, тогда — ладно. Во-вторых, хотя книги написаны узкими специалистами, фразы и положения строятся очень упрощенно. У читателя должно складываться мнение, что так говорит человек такой же, как он сам, похожий на соседа или прохожего с улицы. Словно намеренно достигается доверительность интонации с тем чтобы им больше верили, чтобы соглашались? В-третьих, детей индиго хвалят и восхищаются ими. А ведь известно — похвали ребенка, и его мать проникнется к вам полным доверием и симпатией. В-четвертых, в книгах много „воды“, текста, который не несет никакой смысловой нагрузки.

Может, я излишне драматизирую, но эти книги напоминают мне некую пиар-акцию. И если бы речь шла о кандидате в президенты, то зомбирование избирателей было бы объяснимо и закономерно, а тут… Почему нужно всех нас программировать в поддержку сомнительных изменений в людях? Многим не индиго сразу захочется стать индиго, найти у себя инопланетные корни или хотя бы „подержаться за индиго“, постоять с ними рядом.

Короче, требуемая реакция налицо. А между тем те индиго, что описываются в книгах, отнюдь не ангелы: они грубят близким, часто имеют дело с полицией, пристращаются к наркотикам и так далее. Вы же слышали, что те, кто расстреливал своих сверстников и учителей в школах США, подчас тоже относились к категории индиго? Но до чего они привлекательно выглядят в итоге! Парадокс? А мне кажется, планомерная работа с населением. Но кто ее ведет и зачем? Вот тут бы нам разобраться.

Даже Вы, Геннадий Степанович, не избежали этого непонятного влияния. Вы хотите видеть индиго исправителями деградирующей популяции землян. Но чем, скажите, они лучше нас — жестоких, слепых и алчных? Тем, что у них ниже температура тела? Тем, что они получают информацию не только с помощью пяти чувств? Тем, что у каждого из них есть свой кукловод-наставник? Тем, что они не желают „метать бисер перед свиньями“?

Да, я согласна — это очень сложная проблема. Она назревает, и нам всем нужно искать приемлемые пути ее разрешения к лучшему.

Но вот у меня появилась такая мысль: нам всем вполне можно сосуществовать рядом с индиго без проблем с обеих сторон. Они отлично впишутся в наш круг и, возможно, действительно помогут нам измениться к лучшему. Сложность в том, что мы сами готовы объявить им войну и не хотим меняться. Поэтому индиго могут так же легко нас уничтожить, как и спасти. Как знать, может, их появление — это для нас очередной тест „на вшивость“, и решать в итоге опять не нам, а кому-то свыше?

А теперь по поводу сына… Я уже давно с этим маюсь. Начать с того, что мой Алешка уже в один год знал все буквы, и его любимой книгой была энциклопедия „Что такое звезды?“, а любимой зверушкой — дракон, потому что он — сам мне сказал! — „потомок драконов с другой планеты“. Вот так! Как хочешь, так и понимай. Скажем, про разумных рептоидов я-то уже была начитана. Но не он же! Однако я как мать не хотела бы делать своего ребенка публичным объектом для исследований. А вот в советах профессионала по общению с подобными детьми и их родителями — нуждаюсь.

К примеру, он не желает подчиняться правилам. Я спрашиваю его: „Ты знаешь, что безударные гласные в этом упражнении надо подчеркнуть одной чертой, а под ударением — двумя?“ — „Да, я читал задание“. — „Тогда почему ты все подчеркнул волнистыми линиями?“ — „Какая разница. Это подчеркивание вообще пустая грата времени“. Я не понимаю, как с ним общаться, как научить его избегать острых углов. А ему только десять лет, и что с ним делать в 14? в 18?.. Я уже не заставляю его, как прежде, переделывать домашнее задание — и что, он получит „пару“? А эти жуткие ЕГЭ, где нужно отмечать крестиком в квадратике? А если ему придет в голову рисовать в квадратиках кружки? А после школы — как он будет дальше жить?

Когда ему было четыре года, он пугался невидимых „черных людей в шляпах“, он мог болтать с неизвестной Светой, „которая живет очень далеко, за лесом, ее не видно“, мог предсказывать, что „вот сейчас папа позвонит по телефону, потому что я чувствую это“ — и снимал трубку, не дожидаясь первого звонка… Но что я буду делать, когда он вырастет и не захочет прятаться, становиться, „как все“?

Недавно Алеша сообщил, что у него есть личный наставник и его зовут Габи. Если это тот самый, что был известен мне под западным именем Габриэль, то я в отчаянии. Габ был один из тех, кто остался в небесной Сети, когда мы ушли. Выходит, мой ребенок — ученик идейного противника и рискует скоро пополнить список „любимых врагов“? Глядишь, наступит день, и нам всем — индиго и прочей цветовой гамме — поступят инструкции, кто-то нажмет на кнопки „BKЛ.“, и я молю небо, чтобы при этом мы не начали войну с собственными детьми и друзьями в буквальном смысле слова.

Досвидания. Желаю успехов. Надежда».