Дьявольская материя<br />(История полосок и полосатых тканей)

Первые гербы были созданы в XII веке по соображениям как военного (это позволяло сразу идентифицировать сражающихся на поле битв и во время турниров), так и социального характера (потребность в отличительных знаках для представителей высших слоев феодального общества); их можно определить как цветные эмблемы, принадлежащие человеку или группе людей и составленные по определенным правилам. Именно эти правила, немногочисленные, но весьма жесткие, отличают европейскую геральдику от остальных эмблематических систем, существовавших до и после рассматриваемого периода. В середине XII века гербы быстро получают довольно широкое распространение, завоевывая все новые территории и входя в обиход в различных слоях общества. К 1300 году они употребляются уже повсеместно. Кто угодно может составить себе герб по своему вкусу, единственное условие — нельзя заимствовать уже существующий герб. Наступает эпоха расцвета геральдической системы. Гербы — это одновременно знак рода, маркер состоятельности и набор орнаментальных элементов; их можно встретить повсюду — они фигурируют на гражданских костюмах и военной форме, украшают здания и памятники, мебель и ткани, значатся на книгах, печатях, монетах, произведениях искусства и бытовой утвари. Им находится место и в церкви — многие соборы превращаются, по сути, в настоящие музеи геральдики[35].

Науке известно около миллиона гербов — речь идет исключительно о европейских «официально признанных» гербах, как средневековых, так и современных; около 15 процентов из них содержат полоски. Но за этой статистикой кроются разные реальности — в геральдике полоска полоске рознь. Что касается формы, множить варианты и подварианты можно до бесконечности. Если же сосредоточиться на символическом аспекте, то существует большая разница между гербами реальных исторических лиц и семейств и гербами, принадлежащими вымышленным героям. В первом случае полоски на гербе не несут никакого символического значения, во втором — содержат явные пейоративные коннотации. Остановимся на этом более подробно.

В геральдической терминологии нет таких слов, как «полоски» и «полосатый». Не существует даже общего понятия, обозначающего фигуры и структуры в полоску. Зато она проводит четкое различие между полосками, возникшими в результате разбивания щита на несколько лент (это истинные деления

), и полосками, которые просто наложены на одноцветную плоскость (это фигуры). В первом случае число полос четное, изображение плоскостное, при абсолютном цветовом равновесии. Во втором — количество полос нечетное, изображение двуплановое, так что полосы, которых больше, чем полос другого цвета, как бы составляют задний план, фон. В блазоне, как и с точки зрения средневекового восприятия вообще, настоящими полосками считаются только те, что образуют

деления, — именно они создают монолитное пространство, где фигура совпадает с фоном. Перед нами одна- единственная плоскость изображения (в многоцветном и пятнистом их две — фон и передний план с пятнами или разноцветными фигурами), но ее поверхность не едина! Это само по себе является чем-то странным, неким извращением, притягивающим скандал. Поверхность в полоску всегда как будто обманывает глаз, не давая ему отличить фон от фигуры на нем. Принятый в Средневековье способ чтения — последовательное вычитывание слоя за слоем, начиная с заднего плана и заканчивая наиболее приближенным к точке просмотра, — становится невозможным. Многослойная структура, к которой так восприимчив и приучен взгляд человека Средневековья, исчезла, и глаз больше не знает, откуда ему начинать читать, где искать фон. Именно поэтому в любой поверхности в полоску ему видится дьявольское извращение.

Блазон — система сложная и тонкая, в частности, он (одержит множество точных терминов, позволяющих определить и охарактеризовать различные гербы: это, во- первых, щиты, образуемые горизонтальными и вертикальными полосками (соответственно, пересеченный

и рассеченный), а также состоящие из косых полос, идущих слева направо (скошенный слева) и наоборот (скошенный справа). С точки зрения блазона это совершенно разные структуры. Первые три щита встречаются часто, щиты четвертого типа довольно редко (за исключением Италии), поэтому негативные коннотации закрепились именно за ними — их обладателями, как правило, были вероломные рыцари и люди, чье происхождение «небезупречно», в основном незаконнорожденные. Замечательно, что эти гербы носят то же название, что и кармелитские плащи, — barr'es, «перечеркнутые».