Дневник пани Ганки

Мостовича это явно позабавило, поскольку он довольно долгое время смеялся. Потом задумался и произнес:

– Сюжетное решение такой ситуации, возможно, было бы проще, чем в жизни, но оно тоже требовало бы довольно серьезных шагов и определенных действий.

– Я вся внимание…

– Итак, у нас в драме три персонажа: вы, она и муж. Каждая из женщин хотела бы, чтобы он остался с ней. Он явно предпочел бы вас, но та, третья, обладает оружием, при помощи которого может либо заставить его капитулировать – либо погубить. И как в такой ситуации должна поступить первая женщина – то есть вы?.. Ей следует попытаться выбить у противницы ее оружие.

– То есть?..

– То есть завладеть документами, утверждающими, что мужчина, за которого вы боретесь, был женат. Однако дело не закончится этим «завладеть». Лишенная документов, третья сторона, если только она помнит название и адрес институции, выдавшей бумагу, сумеет получить копию. Тогда вся польза – в затягивании дела, разве что мы представим себе, будто эта персона окажется настолько наивной, чтобы не заглядывать время от времени в свидетельство о браке. На беспамятство с ее стороны, полагаю, автор рассчитывать не может. Но есть и другая польза. А именно: муж, имея на руках свидетельство, способен сразу же предпринять шаги к разводу. В романе это удалось бы разрешить с молниеносной скоростью. Просто позвонить своему адвокату в Нью-Йорк и отдать поручение. Но на практике, похоже, пришлось бы отправиться в Америку. Однако давайте от романа далеко не отходить. Итак, информации, накопленной первой дамой – то есть вами – о бурной жизни второй, как и факта, что она покинула мужа, вполне хватит для развода без какого-либо возмещения. Даже больше. Процесс наверняка откроет бурную жизнь оной дамы, а та, скорее всего, содержит такие подробности, раскрыть которые оной особе не хотелось бы. Вы меня понимаете?..

– Говорите, говорите… Боже, что за счастье, что я к вам обратилась, дорогой вы мой пан Тадеуш!

– Так-то разворачивая действие, какую бы ситуацию я получил в романе? Предельно изменившуюся. Вторая дама продолжает обладать довольно грозным оружием, но ей придется лишний раз подумать, прежде чем его использовать, поскольку на тот момент и противники уже не будут безоружны.

– То есть мы с Яцеком? – спросила я.

– Именно. Если для первой женщины и для мужчины важен факт сокрытия мужем двоеженства, то для второй важно скрыть свои скандальные похождения. В таких условиях уже куда проще вести переговоры – пусть даже обе стороны в довольно зыбком положении, – но тем больше обе они предпочли бы компромисс. Я уже вижу свою героиню (ту третью), как она с ненавистью во взгляде соглашается скрыть двоеженство, поскольку, несомненно, является дамой из общества, для которой важно хорошее мнение о ней. Мужчина же бросается в объятия той первой – и наступает хеппи-энд.

– О, не все так просто! – воскликнула я. – Немало воды утечет, прежде чем я прощу Яцека.

– И дурно поступите, дорогая пани Ганечка. Испортите мне весь эффектный финал.

– Если такой финал вообще окажется возможным.

– Ха!.. В романе следовало бы еще создать немало трудностей, чтобы раздразнить воображение читателя и удержать в напряжении его внимание. Но я скажу вам по секрету: жизнь в своих решениях бывает куда проще.

– Однако мне кажется совершенно невыполнимым вот что: как же добыть у нее документ?

Я с беспокойством поглядывала на пана Тадеуша. Между тем не теряла надежды. Ведь он в своих произведениях должен был не единожды проворачивать такие вот вещи. И не единожды один персонаж добывал важные бумаги у другого. Наверняка и в этом случае можно найти действенный способ.

Он не обманул моих ожиданий, поскольку сказал:

– Обычно авторы используют один из трех методов: или нанятый бандит терроризирует обладателя документов и отбирает то, что нужно автору, или же автор спаивает обладателя документов до положения риз, и тогда задача героя значительно облегчается, поскольку он просто крадет документ; либо же используется третий способ, к которому прибегают авторы, не любящие легких путей, – это выманивание бумаг коварным и сложным методом.

– Ага, это как шпионы, – воскликнула я, – добыли у меня тот желтый конверт!

– Именно. Это свидетельствует об их творческом подходе. Я, правда, в своем романе, столкнись с подобной ситуацией, никогда бы не стал использовать такой способ. Он выглядит слишком уж нарочито залихватским. Читатель же больше доверяет простым вещам, они кажутся ему более достоверными.

– Так каким же образом надлежит поступить мне? Замечу, что та женщина совершенно не пьет.

Мостович тряхнул головой:

– Ничего страшного. Обойдемся без алкоголя. Не хотелось бы замешивать столь благородный напиток в настолько мутные делишки. Вы ведь сказали, что та госпожа Норманн нынче пребывает в Крынице?

– Да. Наверняка живет в «Патрии».