Читаем Дневник. Том IV. 1862. Душеполезные наставления. Познай самого себя полностью

† Душа человеческая есть свободная сила. Смотри, какова твоя сила, ибо она может сделаться или доброю, или злою силою, смотря по тому, какое ты сам дашь ей направление. Господи, Сило Всемогущая! Утверди немощную душу мою во всякой добродетели! На недвижимом камени заповедей Твоих утверди слабое для всякого добра сердце мое [359] — Господи! Се, я ежедневно опытно познаю, что без Тебя я ничто, не могу без Тебя творить никакого добра (Ср.: Ин. 15, 5), без Тебя одно зло во мне в разных его видах. Без Тебя я сын погибельный (Ср.: Ин. 17, 12). О препеисчетная Благостыня! Исполни благостию Твоею сердце мое, паче же всего молю: даруй мне любить Тебя всем сердцем моим и ближняго своего, якоже себе. — Да не буду я злобен, горд, презорлив, непокорен, но незлобив, смирен, почтителен с нежностию и послушен. — Аминь.

† Как у Бога несть на лица зрения (Рим. 2, 11) и как Он тебя, ничтожнейшего, худородного, уничиженного, многогрешного, ущедрил всеми благами духовными и вещественными, образовал тебя и препитал тебя (в трех духовных рассадниках) и в довершение безмерных даров Своея благости возвел тебя на превысочайший степень Священства, и Сам приискренне едва не каждый день соединяется (Ср.: Евр. 2, 14) с тобою в Своих Пречистых и Животворящих Тайнах Тела и Крови Своей, так точно и ты не имей ни малейшего лицезрения — и самого худородного, и низкого, и бедного, и больного, и безобразного, и злого человека имей как благородного, и высокого, и богатого, и здравого, и благообразного о Христе Иисусе Господе нашем.

Как Господь не утомляется Своими благодеяниями к тебе, но с любовию всегда принимает тебя и блага Свои неоскудно дарует тебе, и любовию Своею изливается в сердце твое, так и ты не утомляйся своими благодеяниями к ближним, но с любовию всегда принимай их и благотвори им и тем паче люби их, чем более им благотворишь, сливаясь с ними, так сказать, в одну душу, по Писанию: Народу веровавшему бе сердце и душа едина (Деян. 4, 32).

Отец протоиерей Трачевский степенен, умен, добр, любезен, снисходителен, назидателен. А я пред ним — ничто.

Грязнов смотритель добрый, степенный, умный и снисходительный человек.

† Всякая неласковость к ближнему без особенной причины, угрюмость в отношении к нему, отвращение — от диавола. Равно от диавола и неласковость к Богу Отцу нашему Небесному и отвращение от Него и от Слова Его святого и от Церкви Его святой. Все усилия употребляй на то, чтоб тебе быть ласковым и к Богу, и к людям. Возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим. Люби Слово Его, храм Его, Богослужение, беседу с благочестивыми людьми. Ближняго твоего, якоже себе (Мф. 22, 37, 39; Лев. 19, 18; Втор. 6, 5). Как к себе ласков, так и к брату.

† Что успокоивает меня в мыслях и в сердце моем, то да предается письменно в память для меня и в постоянный покой сердца моего среди попечений и сует жизни. Что же это такое? Это христианское, полное живого упования и чудной успокоительной силы изречение: ВСЕ ДЛЯ МЕНЯ ГОСПОДb. — Вот бесценное сокровище! Вот драгоценность, с которою можно быть спокойным во всяком состоянии, с которою можно быть и в бедности богатым и при обладании богатством щедрым и с людьми любезным, с коим <сокровищем> и по согрешении нельзя потерять упования. — ВСЕ ДЛЯ МЕНЯ ГОСПОДb: ОН И МОЯ ВЕРА, И МОЕ УПОВАНИЕ, И МОЯ ЛЮБОВb, МОЯ КРЕПОСТb, МОЯ СИЛА, МОЙ МИР, МОЯ РАДОСТb — мое богатство, моя пища, мое питие, мое одеяние, моя жизнь, словом: все мое.

† Так, человече, все для тебя Господь; и ты будь всем для ГОСПОДА, а как все твое сокровище заключается в сердце твоем и в воле твоей — и Бог требует от тебя сердца твоего: сыне! Даждь ми твое сердце (Притч. 23, 26), — то для исполнения воли Божией, благой и совершенной (Рим. 12, 2), откажись от исполнения своей растленной, страстной, прелестной воли. — Не знай своей воли, знай одну волю — Божию. Говори: не моя воля, но Твоя да будет (Лк. 22, 42)!

† Отец земной — образ Прещедрого Отца Небесного; для него (то есть земного отца) мы не должны ничего щадить, но всем доброхотно жертвовать, даже жизнию своею, — да принесем этим жертву Отцу Небесному.

В любви к отцу, братиям и сестрам не возвращайся назад, но преуспевай в ней день ото дня.

Есть люди с иудиным настроением души, которые продают братию свою за сребреники, которые ценят их ниже пищи и пития, одежды, денег и своих жилищ. Воистину — так! Господи! Помилуй нас!

† Человек–христианин есть наследник Божий во Христе Иисусе. Как же надо обращаться со всяким христианином? Ты скажешь: не всякий наследник Бояшй. А я скажу: пи в ком не надо отчаиваться.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное