Дневники 1941-1946 годов

А дома у меня баба смешная 17-летняя. Печется о будущем, спрашивает, женюсь ли на ней. Третью ночь спим вместе. Скромничает, стесняется. Делает вид, что невинна и чиста. Бог весть, может и правда доля истины в том.

Третий день не пишу писем. Головная боль, беспокойство, лихорадочная боязнь сифилиса. Каждый день ищу язвочки на теле и сыпь, но не нахожу, а утешения нет - злые мысли.

В Креммене получил направление в Нойрyпин на консультацию.

Расчет.

На стоимость 500 барабанов для кабеля высокого напряжения кабельным заводом "Фогель" (Берлин-Кепеник) для в/ч пп 75207, на основании соглашения от 8 апреля 1946 года.

1. Общая стоимость 500 барабанов - 85.000 рм.

2. Стоимость работы фирм "Шпун и Геккер" по изготовлению втулок и болтов - 6.775 рм.

3. Стоимость материалов, поставленных в/ч пп 75207 кабельному заводу "Фогель" - 72.859 рм.

4. Оставшаяся задолженность заводу "Фогель" со стороны в/ч пп 75207-18.916 рм.

5. Стоимость 1 м? досок - 90 рм.

6. Стоимость оставшейся задолженности, в переводе на доски, - 210 м?.

Помощник начальника транспортного отдела Базы материалов и оборудования 21

транспортной бригады лейтенант Гельфанд.

25.07.1946

Помощнику командира Бригады по МТО

Подполковнику Плескачевскому

РАПОРТ

Настоящим довожу до Вашего сведения, что принятые, согласно накладных, от отдела механизации в/ч 41757 инструменты, перевезенные на Базу материалов и оборудования лейтенантом Локшиным, брошены им на территории дислокации Базы. Передача их на склад документально не оформлена, согласно утверждению начальника 1 склада капитана Мозолевского. Ни на Базе, ни в управлении Бригады соответствующих актов и прилагаемых ниже накладных не обнаружено.

При подсчете наличия инструментов недостает 5 слесарных зубил и 21 пробойника, которые ценой усилий начальника склада ? 1 были найдены на различных заводах.

Прилагаю копии накладных.

25.VII.46 г.

Лейтенант Гельфанд.

26.07.1946

Хенигсдорф.

Пусть жестоко обижают люди, я тем доволен, что меня не обидела природа.

27.07.1946

Майор Корнеев попросил съездить в Берлин за сигаретами (во время работы!), взял на свою ответственность мое отсутствие из части. Мне, кстати, в Берлине еще много кое-чего предстоит сделать и, хотя устал и хочется побыть немного на месте, все же согласился.

Сейчас начало пятого. Хочу успеть в гастроном на Вайсензее и в комендатуру центральную насчет радиоприемника (где она - еще даже не узнал точно), и затем в Трептов за фотокарточками, в Кепеник отобрать у сапожника мои сапоги. Рано если выберусь, то загляну к Дине - то-то удивится, увидев меня с бородой!

Я теперь в стариканы записался: бородка у меня черная, выделяется и резко бросается в глаза. Видно, что я не стар, но и молодым меня не признают. Смотрят и улыбаются, а мне забавно: есть, чем удивить Европу, а казалось, она ко всему равнодушна и свыклась со всем.

Моя последняя привязанность - маленькая немочка Рут просит побриться: "На тебя смотрят, как на редкость. Эта мода с бородкой и усами отошла у нас в давность". "Разве? Хорошо! Не будут любить и привязываться!"

28.07.1946

Хенигсдорф.

Выходной день улыбнулся - сейчас начало двенадцатого, а мне еще много сделать предстоит.

Сыро на улице, идет дождь, и пасмурно у меня на душе бесперспективность - пагубна теперь ее фигура.

Детство свое помню по фотокарточкам и по воспоминаниям родных: круглый, глазастый, я взбирался на возвышения и произносил речи, путанным русско-украинским говором. Люди хлопали в ладоши и держали меня на руках.

Нежно любила меня соседская женщина - тетя Феня. Она крепко обнимала и спрашивала, целуя: "А где Вовочка?" "Який?" - в тон спрашивал я. "А той, що купаэться" - и указывала на вихрастую речку Синюха, огибавшую где-то сбоку Ново-Архангельск.

В отдалении, за речкой, одиноко крутилась крылатая мельница, пыля пустыми подсолнечными лушпайками. Пыль безраздельно властвовала в душном степном воздухе, а внутри мельницы горами гор, аж до самого деревянного потолка были насыпаны еще живые семечки. Их доставляли все новыми и новыми возами***

29.07.1946

Хенигсдорф.

Вот уже неделю побаливает голова слегка, но беспрерывно. Чем это объяснить? Склонен худшим истолковывать все - мои опасения непослабимы.

Сейчас опять еду в Креммен. Вагон сошел с рельс и жду, пока его поправят.

Написал рапорт об отпуске - расстроился. Как я бесполезен и все ко мне безразличны.

Ко мне приехала Рут. Она сидит против меня, не спускает глаз и мне досадно. Глупо как: ни любви, ни отрады в душе моей не осталось. Все унесло горе, тоска беспощадная и злоба. А голова болит, распадается и гнетет меня, так некстати познавшего свет.

Вечер. Весь день у меня Рут, а я в отлучке - работенка пустячная, не знаю даже зачем мне ее дали, но отнимает много времени.

Сейчас тут собрание: странно, меня не предупредили, и попал я сюда случайно.

05.08.1946