Доклад Генпрокурору

– Знаешь, Дмитрий Иванович, гуляют, – подо-зрительно прищурившись, старик посмотрел на Кряжина так, словно подозревал именно его. Словно теперь ему было ясно все. – Во-о-от с такой харей мужик гуляет.

– Мужик с харей или собака?

Через минуту он уже выходил из арки и приближался к двадцатому дому с проржавелой и покосившейся табличкой: «ул. Рез...и..кая, 20/1». Она очень удачно вписывалась в полуразвалившийся до самых перекрещенных реек штукатурки фасад. Крыльцо выщерблено, деревянный козырек перекошен... В общем, все говорило о том, что хозяева квартир в этом Гарлеме скоро получат ключи от новых квартир, а сам дом превратится в груду битого, пахнущего прошлым столетием кирпича. На его месте вытянется в небо новый, и в него переедут жители других руин. Не всем, конечно, так везет. Но вот этому, с харей, повезет точно. Наглым, им всегда прет. Когда Михеич говорил «во-от такая харя», он не ошибался. Бордоский дог на фоне своего хозяина выглядел сиротой, которую в течение месяца морили голодом. Глядя на квадратную голову собаки и такую же хозяина, трудно поверить в то, что потребительская корзина настолько мала, насколько уверенно заверяют пессимисты.

– Тебе кого?

Чвак, чвак... Это жевал хозяин (тушеную капусту, как догадался по лоснящимся щекам и запаху Кряжин).

– Думаю, вас.

Чвак, чвак... Бордоский дог безуспешно пытался проглотить то, что у него стремительно выделялось из пасти.

– Из милиции? Я же говорил, что Рыжик никого не кусал. Послушайте, на мне и так уже трое заработали! По судам ходить не хочется, потому и даешь – кому штуку, кому две! Но совесть-то тоже нужно иметь!..

Ррр...

После недолгих препирательств хозяин запер Рыжика в туалете и пригласил гостя в комнату. После того, как ему стало известно о непричастности Кряжина ни к службе участковых уполномоченных, ни к ветеринарной, в контакт он вошел быстро...

Из протокола допроса гр-на Бессонова В.К., 22.06.04 г.: