Долгая Дорога Гибели (СИ)

— Дерьмо, Асока, случилось дерьмо… — он вздохнул, откидываясь в пилотском кресле, и с видимым удовольствием прикрыл глаза.

— Отключить регистраторы. Р3, выводи нас на орбиту, и сделай с десяток витков, если кто-то будет интересоваться, можешь сказать, хоть, что мы тут трахаемся, но чтобы ни одна сволочь нас не побеспокоила.

— Мастер, делать это в тяжёлом доспехе будет несколько проблематично… — улыбнувшись, и совсем чуть-чуть смутившись, ответила тогрута.

— Не время для шуток, Асока. Просто помолчи и послушай.

Голос Энакина был спокоен и отстранён, вот только она почти не слушала его, её захватило не то, что мастер рассказывал, а то, что невольно показывал. Её захватили образы, страхи, взволнованность. Вот, словно бы она, стоит перед высадкой с ЛААТ, и дрожь не даёт сделать первый шаг. Удар по ногам, крыша проваливается.

Голос мастера только дополнял то, что Асока видела, будто наяву. Мастер рассказывал, а его Сила показывала, всем, кто мог это увидеть. Тогрута застыла, боясь нарушить это хрупкое душевное равновесие. Вот отделилась голова мандалорца, боль пронзила грудь, но тут, же успокоилась, затаилась.

Короткий бой, в здании Совета, несколько фраз. Боль в груди, смерть Чаранки, удивление, досада, злость. Отвратительное чувство ненависти, смерть Кубаки, укол удовлетворения. Негромкие аплодисменты — Асажж Вентрес, плавно идущая от двери.

Всё в душе Асоки сжалось, все эти многочисленные следы. Она точно не ошиблась, эти следы — от удара светового меча. Датомирка, всё встало на свои места. Укол страха и неверия, но мастер не поспешил развоплотиться призраком Силы.

— Как ты выжил? — помимо воли сорвалось с уст Асоки.

Мастер прервался, посмотрел на неё удивлённо! Будто спрашивая, разве не видишь, я тут, сижу перед тобой, я жив. Раз сижу, значит выжил. Затем он улыбнулся, из глаз ушла обречённая печаль. Ему было смертельно необходимо выговориться.

— Скажи, джедаи умеют разминировать противопехотные мины? — как-то криво ухмыльнувшись, спросил Энакин, а затем, не дожидаясь ответа, закончил. — Я активировал сразу три термальных детонатора, видимо это заставило её отступить. Мне показалась, что она приняла угрозу взрыва за предчувствие использования какой-то силовой техники. Иначе, не могу объяснить её отступление.

— Энакин… ты прошёл по краю, — голос Асоки невольно дрогнул. Учитель вновь откинулся на кресле, прикрыв глаза.

Датомирская ведьма никогда не была лёгким противником. Превосходная фехтовальщица, использующая агрессивный двуручный стиль боя на световых мечах. А исключительная чувствительность к Силе делала её крайне неудобным противником. То, что учитель выжил — явное проявление прямой воли Силы.

— Думаешь, я не знаю? Скажи Асока, ты сможешь организовать побег со звёздного разрушителя? — спросил Энакин, улыбнувшись уже вполне нормально. Неестественное чувство спокойствия отступало. Сила её учителя быстро приходила в своё обычное состояние.

— Мастер, вы наконец решили сбежать? — помимо воли, голос юной джедайки прозвучал томно.

— Бежать, в моём положении?! Это был бы верх глупости. Асока, но знаешь, у меня наметился другой, хороший, я надеюсь, план. Требовалось время, на то, чтобы всё обдумать. В результате всего произошедшего здесь, в нескольких секторах наметился вакуум Силы. Слишком много сегодня погибло, — быстро начал говорить учитель, с каждым мгновением его захватывало всё больше, Асока почувствовала азарт и предвкушение. А в следующее мгновение, без перехода, на неё навалилось чувство неестественного спокойствия.

— Учитель, хватит! — буквально взвыла торгрута, чувствуя, что несмотря на все усилия, не может отстраниться от творимого Энакиным в Силе непотребства.

— В чём дело? — Сила начала возвращаться в норму, Асоке стало легче дышать. Чувства начали возвращаться, радость начала возвращаться. А ещё и страх. Мать Сила, техника медитации спокойствия, каким-то непостижимым образом трансформировалась в отрешение.

— Я показала тебе методы успокоения духа не для того, чтобы ты сделал из себя и всех окружающих бесчувственных дроидов! Чувствовать — это нормально, — недовольно сказала она, необходимо было продолжить обучение как можно быстрее. Как странно, она — и учит своего учителя.

— Прости… — просто сказал Энакин немного сконфуженно.

— Ничего. Просто, не делай этого без крайней необходимости… вернёмся к этому разговору позже, на тренировке, — лицо учителя исказилось гримасой. Ногу укололо болью, прервав технику отрешения, он, наконец, почувствовал всю ту боль, что терзала его тело и разум. Интересно, сколько времени он напрочь заглушал свои эмоции?

Ещё один Реван, по монтрелам Асоки забегали мурашки. Она ошарашенно сглотнула от нахлынувшего понимания, нужно было подумать, во что может трансформироваться простейшая силовая техника, учитывая доступную мастеру мощь. Как это сложно, вспоминать о том, что перед тобой не джедай, прошедший длительное обучения в Храме. А необученный неофит, не знающий всех опасностей, подстерегающих одарённых.