Доминатор (ЛП)

— Но я обещала ей, мистер Уайльд, а Фатима все время рассказывает ей о том, какой вы искусный любовник. Конечно, это может произойти только завтра. Я сказала им, что я ваша первая жена и мне положены дополнительные ночи.

— Ты и представления не имеешь, какую тяжесть сняла с моих плеч. А это что такое? — Что-то тяжелое шлепнулось ему на загривок.

— Это дождь. Я знала, что он вот-вот начнется.

Не прошло и часа, как разразился ливень. Он всю ночь барабанил по палатке, и на следующее утро мир поразительно изменился — он стал влажным и серым. Серена ругалась, кричала и наконец выволокла Фатиму и Джоанну наружу, пообещав, что сегодня они сделают лишь несколько миль на юг. От оазиса шла утоптанная дорога, вьющаяся между скалами; дождь обратил этот путь в кошмарное видение. Вода рушилась отвесно, мгновенно затопляя каждый след, капли несильно, но с ужасающей неумолимостью били по голове, плечам, спине и груди, разлетаясь в пар от ударов. Очень скоро хайк Уайльда промок насквозь и к тому же изрядно сел. И туника и шаровары ощутимо уменьшились и превратились в мокрый кокон. Его верблюд фыркал и шлепал ногами по грязи. Впереди низко согнувшись ехала Серена, а Фатима и Джоанна, вцепившись друг в дружку сидели на одном седле и подавленно молчали.

Растительность прямо на глазах лезла из земли, зато дорога разрушалась с такой же быстротой: измельченная в порошок прошедшими караванами земля уносилась с водой, непрерывно промывающей в почве овраги и овражки. Верблюды, скользя и увязая в жидкой глине, шли все медленнее. Ночлег оказался очень неуютным: все четверо улеглись на мокрую землю в протекающей палатке, в которую то и дело прорывались струи воды. О том, чтобы разжечь костер, не могло быть даже и речи, и поэтому они поели фиников и подсластили жизнь мериссе. После ужина даже Джоанна, видимо, почувствовала, что в нынешних условиях лучше всего попробовать заснуть.

На следующее утро Серена и Фатима затеяли продолжительный спор. Серена решила доказать свою правоту сильной пощечиной. Фатима яростно вскрикнула и боднула соперницу в живот. Обе женщины упали в грязь и покатились по земле, превратившись в ком мелькающих рук и ног. Уайльд поспешно отстегнул ремень от винтовки, погрозил им Джоанне, которая, казалось, решила присоединиться к битве, сложил его вдвое и трижды хлестнул по скандалисткам. Фатима взвыла от боли, попыталась встать, поскользнулась, и получила еще два удара по своему внушительному заду.

— А теперь твоя очередь, моя милая, — сказал Уайльд и, толкнув ногой, перевернул Серену на живот. Она молча перенесла наказание, встала, попыталась счистить грязь, и лишь тогда вздрогнула. — Теперь скажи мне, чего хотела Фатима.

— Она требовала, чтобы мы оставались в лагере до тех пор, пока дождь не прекратиться. По ее словам, этого ждать недолго. Но нам нужно идти дальше.

Действительно, они настолько промокли, что сидеть в палатке, которая почти не защищала от дождя, не было никакого смысла.

— Скажи ей, что так я хочу, — посоветовал Уайльд.

Серена перевела, и Фатима пожал плечами, начала вьючить верблюдов. Как ни странно, ни одна из женщин не казалась рассерженной.

— Мужчина должен крепко держать своих женщин в руках, — объяснила Серена. — А поскольку вы наказали и меня тоже, то она не ревнует. Это хорошо.

— Я просто обязан познакомить тебя со своими друзьями, — воскликнул Уайльд.

Ехать верхом было слишком опасно, поэтому они весь день шли пешком, ведя верблюдов в поводу. В конце концов маленький караван свернул с дороги, или же, возможно, дорога свернула в сторону от его пути, и вошел в лес, который немного прикрывал от потоков воды. Земля под ногами становилась все мягче и ближе к вечеру превратилась в болото. Идти по нему было так же трудно, как по песку в пустыне. Главное различие было лишь в том, что в пустыне шаги были абсолютно неслышными, а здесь под ногами непрерывно хлюпало и чавкало.

Животных на пути не попадалось, если не считать нескольких змей.

— Когда-то здесь были и львы, и жирафы, и все породы антилоп, — сказала Серена. — Но теперь они или умерли от жажды, или утонули. Все живое ушло на юг. А около озера все еще можно встретить львов.

Путники провели еще одну бессонную ночь, укрывшись под кронами деревьев. Как и предсказала Фатима, дождь наконец прекратился, но с листьев продолжало капать. Лесную тьму озаряли частые вспышки молний, сопровождаемые гулкими раскатами грома. На рассвете Серена и Фатима вступили в ставший уже традиционным спор, который сопровождался энергичными жестами и взглядами в сторону Уайльда. И снова Фатима в конце концов должна была уступить.

— Как мне кажется, ты говорила, что они последуют за мной повсюду, — напомнил Уайльд.

— Так и будет, — подтвердила Серена. — Но им нужно напоминать о вашей силе и смелости и о том, что вы собираетесь позаботиться о них.

— И что же я для них сделаю?

— Обещания ничего не стоят, — уклонилась она от ответа.

— При том условии, что я не попаду в какую-нибудь переделку, когда они захотят получить обещанное.