Дорога на плаху

— Все может быть, дорогой сыщик, все может быть. Вы знаете, в чем уникальное свойство ген? Это сочетание их высокой устойчивости, то есть неизменяемости в ряде положений, со способностью к наследуемым изменениям. Нарушить эту вековую защиту может лишь, образно говоря, огромная разрушающая сила, какой является радиоактивный изотоп. Однажды поглощенный банкиром радионуклид нарушил кодировку генетической информации, в результате нарушился контроль и управление генами химических реакций организма, сместились некоторые жизненно важные параметры, и вот вам сбой. И кто знает, что произошло в организме банкира. Меня смущает состояние сердца, оно мне кажется неизношенным, совершенно не таким, какие бывают у людей страдающих, скажем, многолетней стенокардией или врожденным пороком. Ясно, что он не страдал ранее болезнью сердца, нигде не зафиксировано его обращение за помощью, накопление цезия произошло сравнительно быстро.

Санданович, глядя на задумчивое и мрачное лицо Бориса, сам нахмурился и тихо, как бы боясь самого себя, сказал:

— Человек берет на себя слишком много: не всякую стихию природы и даже открытые ее силы он способен подчинить своей воле.

Слушая доктора, Петраков после беседы с Комельковым с горечью вспоминал рассказы Евгении о счастливом детстве, о незабываемых сезонах в пионерском лагере «Таежный»; о любви своих родителей, особенно отца. Ее отец Константин Васильевич (вот где зарыта собака!) почти каждое лето после переезда семьи в Красноярск ездил отдыхать к своему брату в деревню Большой Балчуг и брал с собой дочь. Деревенька раскинулась на правобережье Енисея, выше которого разместился монстр, о котором Борис навел всевозможные справки — секретный горнохимический комбинат, перерабатывающий радиоактивное сырье, первая в стране атомная электростанция, но действующая до сих пор, реакторы которой долгое время охлаждались самотечными водами реки. Случались выбросы комбината, загрязненные радионуклидами, прямо в русло. Самый кровавый головорез выглядит со своим лиходейством ангелочком против уже содеянного зла ядерным монстром и коллективом его обслуживающим. Советское правительство, скрывая истинное положение вещей в интересах государства, а значит и само государство, тем самым обрекало своих граждан на медленную деградацию и вымирание. Он, Борис Петраков, свидетель, а теперь пострадавший от этого преступления: еще девушкой Евгения Рябуша оказалась пораженная радионуклидами, сейчас его жена. Из разряда наблюдателей, он попал в колонну пострадавших, которая растянулась по всей гигантской стране, следя инфарктами, злокачественными опухолями, рождением желтых детей и мутантов с множеством пороков и отклонений от нормы, просто уродами.

— Вы ранее наблюдали подобное? — прервал вопросом свою затянувшуюся паузу Борис.

— Пожалуй, только в случае с Виктором Илюшиным, который, к сожалению, скончался. Смерть дала возможность визуально посмотреть на его сердце. Я склонен утверждать это же самое и в отношении банкира, только с той разницей, что сердце Илюшина молодое. Ему работать да работать, не получи оно смертельную дозу цезия.

XXX