Дорогами апокалипсиса

Капитан Соболев и его спутники огляделись. Честно говоря, Кременчуг, а тем более Комсомольск показались гораздо более современными городами, нежели центральный город всей Полтавской области. На первый взгляд Полтава напоминала сильно разросшееся село. Донецкие броневики катили по относительно широким улицам уже довольно долго, однако в застройке преобладали одно- и двухэтажные частные дома. Внезапно без всякого перехода из одноэтажной частной застройки выросли «свечки» шестнадцатиэтажных современных зданий.

– Этот жилой массив был построен еще во времена Януковича или даже раньше, когда он был премьер-министром при Кучме, – пояснил Бродяга. – Я тогда дальнобойщиком работал, водил фуры и по Украине, и по России, и в Евросоюз мотался. Тогда можно было нормально работать – тяжело, конечно, но копейка шла… А сейчас – только война и осталась…

Лишь ближе к центру стали появляться действительно старинные дома, отстроенные в дореволюционном стиле. Вот чего было действительно много, так это деревьев. Ухоженные клумбы и подстриженные газоны дополняли идиллическую картинку.

Улицы Полтавы были пустыми, только изредка можно было встретить прохожих или машины. Николай Иванович обратил внимание на странные массивные грузовики и автобусы с непонятными агрегатами за кабиной и высокими выхлопными трубами, из которых валил дым. Ехали они медленно, собирая немногочисленных пассажиров по остановкам.

Грузовики выглядели вполне обычно, если бы не странные агрегаты за кабинами, оплетенные металлическим трубками. Из-за этого кузова открытые грузовые платформы были существенно короче обычного. Впрочем, встречались и длинномерные модели. Двигались по разбитым дорогам они медленно, словно выбиваясь из последних сил.

– Что это за автомобили, на биотопливе?

– Да, на биотопливе!.. – рассмеялся капитан Соболев. – На дровах!

– Как это так?! – изумился собеседник.

– Вот так! На заводе «Авто-КрАЗ» строится большая серия грузовиков, автобусов, автофургонов с двигателями, работающими на дровах. Точнее, используются газогенераторы, но все равно заправка происходит либо специальными топливными брикетами из спрессованной лузги семечек подсолнуха, соломы и древесной стружки, либо же просто наколотыми поленцами.

– Прямо как в Северной Корее! – удивленно отметил Николай Иванович.

– Вообще-то подобная модель знаменитой «полуторки» была еще во время Великой Отечественной войны. Только использовалась она в тылу, поскольку ходовые качества были просто ужасные. Зато топлива много. Да и после войны в СССР, особенно в Сибири, такие машины использовались весьма активно вплоть до пятидесятых годов XX века.

Более того, даже местные жители все больше переводили свои четырехколесные развалюхи с бензина или сжиженного газа на дрова. Например, полтавчанин Василий Шпигоцкий собственноручно и всего за неделю перевел свою «Волгу» с бензина на твердое топливо – дрова. Отныне поездки, которые раньше разоряли мужчину, теперь обходятся ему во много раз дешевле. Заводить автомобиль нужно на бензине, а потом можно переключиться на дрова. До «модернизации» на 100 километров пробега машина «съедала» пятнадцать литров бензина. А сейчас хватает нескольких деревянных колодок. Василий проехал на твердом топливе уже более десяти тысяч километров[11].

Катастрофическое повышение цен на бензин и привычка последних лет «незалежности и достоинства» экономить практически на всем вынуждают украинцев включать смекалку и искать замену привычному топливу.

Можно сказать, что перевод автомобилей и тракторов с бензина и солярки на дрова уже стал своеобразным «трендом» нынешней убогой украинской реальности.

– Я что-то не пойму, а зачем использовать газогенераторы, работающие на дровах с явно низкой производительностью, если здесь же налажено производство биодизеля из этого самого рапса?

– Элементарно, потому что дрова – дешевле. Украинцы стараются экономить на всем, чтобы выгадать хоть какую-то дополнительную прибыль, – пояснил Александр Соболев.

– Моя прабабка, ровесница века, которая померла в 1998 году, говорила по такому поводу: «На говне, извините, сметану собирать»! – веско высказался Бродяга, сбрасывая скорость и вписываясь в поворот.

– Грубо, но в общем-то верно.

* * *

Откуда-то сбоку вдруг истошно заверещала сирена. Наперерез «Носорогу» устремился массивный «КрАЗ-Спартан» в камуфляжной раскраске и с сине-желтыми полосами по бортам. На капоте и на передних дверцах – стилизованное изображение трезубца. Нацгвардия Украины, будь она неладна!

Бродяга с видимым неудовольствием принял к обочине и нажал на тормоз. С куда большей радостью он бы рванул руль вправо – навстречу «Спартану» украинских националистов – и смял бы его всей массой угловатого «Носорога», словно консервную банку!

– Я поговорю, – глянул на водителя капитан Соболев.

Николай Иванович молча придвинулся к курсовому пулемету РПК, сдвинул предохранитель и передернул затвор. Эти характерные движения вышли у него легко и непринужденно, он «думал телом», как всякий опытный воин.