Дорогами апокалипсиса

Проехав несколько километров нейтральной «серой зоны», угловатые бронированные грузовики сбросили скорость перед пограничным пунктом пропуска с черно-сине-красным триколором ДНР.

* * *

Механик-водитель Бродяга просигналил, и «Носорог» весело проревел стальное приветствие. В бронированном кузове наводчик-оператор Лемур откинул тяжелый люк и уселся сверху, придерживая рукой за ствол крупнокалиберного пулемета. Водители большегрузных фур тоже приветственно сигналили республиканским пограничникам. Формальности на границе ДНР заняли совсем немного времени. Пока Николай Иванович бегал по бумажным делам, пограничники расспрашивали вернувшихся из Украины водителей, что да как.

– Все так же, тягомотина. «Ще нэ вмэрлы», тому и рады, – со вздохом описал ситуацию к западу рассудительный Бродяга. – Помните песню группы «Наутилус Помпилиус»: «Нищие молятся, молятся на… то, что их нищета гарантирована…» Вот примерно в таком аспекте.

– Понятно… – протянул один из пограничников. – А тут как обычно. Днем вроде нормально, а вот как стемнеет, начинаются «крутки-мутки по-украински». Недавно снайпер повадился наш пограничный пост обстреливать. Двое раненых за две ночи! Ну ничего, на третий раз мы его все же прищучили! Причем – взяли живьем. Уже по республиканскому телевидению показали. Матерый! У этого гада в углу воротника была зашита ампула с цианидом, ну совсем как в старых, советских еще, детективах. Чтобы, значит, раскусил – и «в пекельный схрон к Бандере»! Не воспользовался, сволочь, обгадился…

Вскоре вернулся Николай Иванович и забрался в бронированную кабину «Носорога».

– Все, можно ехать. Формальности я уладил.

– Бродяга, вперед, – скомандовал капитан Соболев.

Механик-водитель головной машины выжал сцепление и мягко надавил педаль газа. «Носорог» плавно тронулся с места, миновав зону пограничного контроля республики. Все. Теперь они – дома.

Привычно стелилась под привыкшие к украинским колдобинам ребристые шины броневиков гладкая серая лента скоростной трассы с аккуратной дорожной разметкой. Водители чуть «притопили», разогнавшись на хорошей дороге. Вдали вырастали рукотворные горы терриконов, высокие копры шахт, полосатые дымящиеся трубы восстановленных заводов. Стройными рядами выстроились высотные новостройки, а рядом с ними – ажурные башни подъемных кранов – примета времени. Времени созидания.

Уже смеркалось, и в окнах домов зажигались уютные огоньки. Словно россыпь звезд, они образовывали неведомые созвездия. За каждым окном – тепло родного очага, спокойные и неторопливые вечерние дела, когда вся семья собирается вместе после трудового дня. На столе дымится приготовленный заботливыми руками ужин, что-то бормочет телевизор, дети, вернувшись из школы, делают домашнее задание, читают, сидят в соцсетях или погружены в виртуальный мир компьютерных игр. Потеплевшие взгляды людей, вернувшихся из другой – опасной – реальности «желто-блакитной» страны, скользили по этим спокойным и уютным огонькам многоэтажек…

Башни броневиков были застопорены, а оружие поставлено на предохранитель. Здесь не было нужды демонстрировать силу и постоянно быть готовыми к отражению внезапной подлой атаки. На лицах уставших от войны людей появились улыбки.

Вскоре на горизонте показался родной Донецк. У въезда в город все еще были установлены укрепленные блокпосты, но столица Донбасса уже сравнительно давно жила в мирном ритме. Только проносящиеся по улицам города броневики с незачехленными стволами пулеметов напоминали о недавней войне.

* * *

– Что ж, пора прощаться, друзья!.. – Николай Иванович крепко пожал руку каждому из команды капитана Соболева. – Я горд и рад, что довелось многое пройти вместе с вами. Дончане – сильный и щедрый, смелый и великодушный народ. Именно народ – теперь я это понимаю в полной мере.

– Если нужно – обращайтесь, Николай Иванович, – с улыбкой кивнул Александр Соболев.

Командир оглядел своих бойцов. В этот раз они отработали, что называется, по полной, еще и с превышением. Ну что ж, по-другому было нельзя, не по совести. Но зато они приобрели друзей в лице «пана атамана» и руководства Комсомольска. Мало ли, как жизнь сложится…

* * *

Наниматель щедро расплатился с компанией «Эх, прокачу!». Сверх оговоренной суммы Николай Иванович выдал премиальные «за сложность и напряженность службы» и отдельно – раненым на лечение. После выплаты денежного довольствия согласно Уставу компании, который мало отличался от армейского, осталась еще приличная сумма. На общем собрании бойцы Александра Соболева решили добавить общих сбережений компании и закупить еще один броневик к уже имеющемуся «стальному зверинцу».