Дороги Средневековья. Рыцари, разбойники, кочевники, святые

В ее девственности, которую она, кстати, доказала (ее осматривали повивальные бабки в присутствии разных важных дам) отражался образ богоматери. Невинная дева пророчествовала якобы от имени святых и предсказала несколько вещей: что будет снята осада с Орлеана, что дофина коронуют, что Париж освободят, а Людовик Орлеанский, очередной герцог, находящийся в плену, вернется. И для этого ей требовались солдаты. Пребывающий в отчаянном положении дофин всему этому поверил. Свершилось еще одно чудо.

Но дальше стало происходить и вовсе удивительное. Жанне предоставили отряд, и 29 апреля 1429 года она прибыла с ним к Орлеану, а 8 мая осада с Орлеана была снята. Шестнадцатилетняя девушка сделала то, что не удалось ни одному профессиональному воину. Как это могло произойти? Даже если мы предположим, что она действительно чья-то незаконная дочь, выращенная в провинции, которой помогли вернуться ко двору (хотя непонятно зачем), всё равно остаются вопросы. Где она научилась командовать войсками и держать в руках оружие? Как поняла, где надо поставить пушки под Орлеаном?

Рациональное объяснение таково: командовал войсками совершенно другой человек – знаменитый воин Столетней войны, выдающийся полководец Жан де Дюнуа, Орлеанский Бастард (незаконный сын герцога Орлеанского, которого никто не прятал). А Жанна вдохновила солдат своими пророчествами и харизмой. Это тоже, безусловно, настоящее чудо: как она должна была говорить, как она сама должна была верить в то, что говорила… Солдаты, которые уже несколько месяцев безуспешно сражались под Орлеаном, выслушали ее и за несколько дней одержали победу.

Мы можем предположить: вероятно, они и без нее победили бы. Но, похоже, им это не удавалось. Разве что неудачи французов под Орлеаном сильно приукрасили – дабы показать, как всё изменилось с появлением Орлеанской девы.

Конечно, интересно разобраться с тем, как она воздействовала на солдат, – с механизмом этого массового безумия. Одно ее пророчество сбылось – англичане прекратили осаду Орлеана, – и после этого она возглавила войска, которые повели дофина Карла в Реймс. Какова же была сила ее убеждения, если дофин, который до этого даже не пытался прорываться к Реймсу, дошел до места коронации и в итоге стал королем Карлом VII?!

Правда, затем Жанна попыталась реализовать третье пророчество – освободить Париж от англичан, но безуспешно. И авторитет ее начал ослабевать, как это всегда происходит с харизматическими лидерами: они лидеры, пока люди верят в их невероятные качества. За Жанной шли, пока сбывались ее пророчества. Как только народ стал разочаровываться и уходить от нее, ее волшебный ореол всё меньше воздействовал на массы.

Бо́льшая часть солдат покинула Жанну. В начале 1430 года она собрала добровольцев для освобождения Компьеня, который осаждали бургундцы – французские союзники англичан. Она вышла на вылазку, ее солдаты начали отступать, комендант поднял висячий мост – и она уже не могла укрыться в замке. Позже тех, кто бросил ее на произвол судьбы, обвиняли в предательстве, но они это отрицали.

Жанна попала в руки бургундцев, те за большие деньги выдали ее англичанам, англичане перевели ее в Руан (в Нормандии) и предали церковному суду во главе с епископом Кошоном. То есть судили ее французы, которые потом подчеркивали, что делали это из страха перед англичанами. Обвиняли ее прежде всего в ереси – в том, что она неправильно толковала учение церкви. Ее спрашивали, правда ли она слышала голоса, действительно ли это были святые или все-таки дьявол. Девушка не очень понимала эти церковные тонкости – где и в чем ее могли обвинить – и отвечала вполне разумно. Назвать ее еретичкой церкви не удавалось, и тогда ее объявили ведьмой, действовавшей в соответствии с демоническими видениями, а значит, по наущению дьявола. Кроме того, она ходила в мужском костюме, что являлось тогда страшным преступлением для женщины.

При этом интересно, что ее не пытали: ей угрожали пытками, но не трогали, и это неожиданно для XV века, когда пытка входила в процедуру допроса. В итоге возникли разные предположения о том, будто на самом деле французские судьи (и епископ Кошон) хотели ее спасти и – более того – спасли. Авторы множества книг доказывают, что Жанну не казнили, однако никаких достоверных обоснований не приводят.

В конце концов Жанна смирилась и согласилась с тем, что святые с ней не общались. Она надела женскую одежду (тоже непонятный факт: она говорила, что у нее просто забрали мужскую одежду, и, кроме женской, надеть ей было нечего). Переодевшись в женское платье, она как бы признала, что не слышала никаких святых. Но затем раскаялась в слабости и снова облачилась в мужские вещи (откуда-то взявшиеся). То есть она сначала покаялась, а потом опять поддалась преступным заблуждениям, совершив худшее из возможных преступлений: повторное впадение в ересь.

Ее сочли виновной и приговорили к сожжению на костре, что и произошло 30 мая 1431 года.