Досье Сноудена. История самого разыскиваемого человека в мире

В октябре 2001 года Нэнси Пелоси, конгрессмен от штата Калифорния, либеральный лидер фракции меньшинства в палате представителей и опытный парламентский тактик, занимала пост в комитете по разведке и присутствовала на первых брифингах Хейдена. Представители администрации Буша и их союзники обвинили Пелоси в отказе от программы, которую она раньше отстаивала.

Пелоси не стала отмалчиваться. Она рассекретила письмо, которое написала Хейдену через считаные дни после запуска программы STELLAR WIND, в котором выражала беспокойство: «Я буду выражать свою озабоченность до тех пор, пока не разберусь в юридической подоплеке принципа «достаточности полномочий», который лежит в основе вашего решения о выборе надлежащего способа продолжать это дело».

Пелоси была не единственной, кого лично затронули эти разоблачения. Сразу после публикации в New York Times проблемы возникли у Вито Потенцы. В обязанности генерального советника АНБ входило взаимодействие с телекоммуникационными компаниями и интернет-провайдерами. Он должен был убеждать, что их сотрудничество носит абсолютно легальный характер. Но это было легко держать в секрете. Теперь, когда СМИ выплеснули эту историю, телекоммуникационные компании стали опасаться за свое будущее и легальность своих действий, понимая, что скоро их могут вывести на чистую воду. Но при этом не собирались завершать свое сотрудничество с АНБ.

Один из сервис-провайдеров предложил Вито Потенце вариант решения проблемы. Не просите, чтобы мы предоставляли вам телефонные метаданные. Заставьте нас сделать это. «Провайдер предпочел, чтобы его заставили выполнить это требование в соответствии с постановлением суда», — говорится во внутренней истории АНБ.

Поэтому в первые месяцы 2006 года юристы АНБ и министерства юстиции тесно сотрудничали в вопросе секретной «легализации» процесса сбора телефонных метаданных внутри страны. Это дало бы возможность избежать санкций такого же секретного суда FISC, который теперь был проинформирован о программе STELLAR WIND. Результатом стала так называемая «оговорка о регистрации деловых операций» (business records provision) Патриотического акта — это ныне его печально известный раздел № 215.

Согласно положениям раздела № 215, принятого после событий 11 сентября и уже проклинаемого активистами борьбы за гражданские права, власти получали право заставлять фирмы передавать им материалы, «относящиеся» к «продолжающемуся» террористическому расследованию. Втиснуть в эти законодательные требования массовый сбор метаданных абонентов было сложно. Имели ли хоть какое-то отношение записи телефонных разговоров американцев к какому-либо текущему расследованию преступления в сфере терроризма — вопрос сомнительный. Метаданные больше походили на информацию, которая накопилась до расследования, и тем самым были созданы предпосылки для того, чтобы предугадать нить расследования.

И все же не столь давно введенный в курс дела суд FISC оказался весьма восприимчивым. «Есть реальные основания полагать, что материальные предметы розыска относятся к санкционированным расследованиям угроз… проводимым ФБР», — написал состоявший в FISC судья Майкл Говард 24 мая 2006 года при вынесении секретного решения о судебных постановлениях, которых так добивались крупные телекоммуникационные компании.

Кит Александер, следующий директор Агентства национальной безопасности, должен был описать эти отношения с телекоммуникационными компаниями и провайдерами интернет-услуг во время оживленных слушаний на заседании комитета по разведке при палате представителей 29 октября 2013 года. «Мы обратились за помощью к этой отрасли. Ну хорошо, если быть точнее, мы заставили эти компании помогать нам в соответствии с постановлением суда», — сказал он.

Возможно, еще точнее было бы, наверное, сказать, что «отрасль» сама вынудила Александера заставить ее помогать ему в соответствии с постановлением суда…

Затем администрация Буша решила модернизировать FISA в угоду новой «Программе слежки за террористами» (TSP) и обеспечила себе еще более надежное юридическое прикрытие, убедив конгресс в 2008 году принять спорный закон о поправках к FISA (FAA). Поправки к закону (FAA) позволяли вести прослушки без получения ордера, если у следователей есть основания подозревать о наличии заговора с участием другой страны. По сути, закон разрешил «прочесывать» любые международные контакты граждан США.

Эти поправки фактически узаконили и благословили перехваты любых коммуникаций между американцем и иностранцем. Иностранец вовсе и не обязательно должен был подозреваться в терроризме: достаточно было «разумно» заподозрить наличие у него ценных разведсведений. И при этом он не должен был даже находиться за границей: достаточно было «разумно» предположить, что во время перехвата разговора или электронного письма он находится где-то за океаном. Чиновники одобряли действие этих поправок ежегодно…