Древняя Русь: наследие в слове. Мир человека

Как можно судить по древнейшим текстам, а также по переводам с греческого, исконным значением слова народъ было ‘толпа, бесконечное множество, сбор(ище)’, причем это множество всегда организовано по какому-либо признаку, и прежде всего – как воинские объединения. Греческие spéira ‘когорта’, ‘сплетенная (воедино) воинская часть’ или óchlos ‘множество’, ‘(воинская) масса’, ‘толпа’, может быть, и ‘солдатская чернь’ в ранних славянских переводах передаются либо словом народъ, либо сочетанием множьство воиньства (Ягич, 1902, с. 93). Даже в достаточно позднем русском переводе XIII в. в выражении «поругая многъ народъ градный» (с. 202) многъ народъ соответствует греческому polyochlían ‘сборище черни’ (совокупное множество, нерасчлененно выражающее свое отношение к кому-либо). В переводе «Кормчей» «и годҍ бысть слово предъ вьсҍмъ народомъ» (с. 156) народъ равнозначно pléthos ‘множество’, откуда также поздние значения ‘большое войско’, ‘население’. Synagōge ‘собрание’ в разных переводах Мефодия Патарского передается сначала словом народъ, а позднее – собрание (Патарск., с. 91, 107). В переводах апокрифов, которые не подверглись умелому редактированию книжника, народъ – всегда ‘сборище’, ‘сонм’, ‘толпа’ (в совместных действиях). При этом обязательным было указание на многочисленность и однородность народной массы, все остальное уточнялось специальным определением. В «Повести о Макарии Римском»: «и на древехъ тҍхъ множество народа птиць, тмы тмами бяше» (с. 62) – птицы тоже «народ». Или: «и народъ многъ мужьска образа», т. е. толпа мужчин (Откровен. Авр., с. 42). В воинских повестях еще в начале XIII в. это значение слова понимается как основное. «Не въ мнозҍ бо народҍ есть сила!» (Александрия, с. 7) – сила не в толпе, а в организованном войске; «А гласъ его яко труба въ народҍ» (Жит. Ал. Невск., с. 2); и т. д. Это то самое значение слова народъ, которое полностью совпало с германским folk, а позднее пълкъ. Народъ – это «полк».

Слово пълкъ также значит ‘множество, толпа, собрание’: народ в целом, все люди рода, которые в нужное время составят воинскую когорту. В украинском полк – ‘стадо’, в сербском – ‘народ’ и ‘толпа’, в древнесербском – ‘войско’ и ‘лагерь’, как и в древнерусском. Войско и стан кочевого рода назывались тем же словом, что и сам род (как совокупность своих членов). Еще в XV в. князья выходили на бой со своими полками – толпой своих земляков. «А Игорева храброго пълку не крҍсити», – скорбит автор «Слова о полку Игореве»; хотя в этом месте говорится уже о воинских людях, соединенных в отряд, однако по-прежнему имеются в виду люди свои. В «Слове» существительное пълкъ многозначно: ‘люди’, ‘войско’, ‘стан’, ‘поход’, ‘бой’, даже ‘трагическое поражение’ (Сл.-справочник, вып. 4, с. 136-139). Синкретизм смысла свидетельствует в пользу древности слова в приведенном контексте: только со своим полком пошел Игорь в бой да с некоторыми вассалами, у которых также свои полки, но без поддержки русской земли. Старая родовая традиция с выходом полков печалью обернулась в степях у Каялы.

В древнерусском языке слово пълкъ стало дружинным термином (Конусов, 1941; Сороколетов, 1970). Последовательность изменений ряда его значений: ‘племя’ > ‘народ’ (‘толпа’) > ‘народное ополчение’ > ‘войско’ (т. е. народ, поднявшийся на войну) – отражает путь развития представлений русичей от рода-войска к профессиональному воинству. Специализация значений вызывает необходимость в слове-термине. «Таким образом, чрез враждебные отношения племена и языки восходили от осязательных представлений семейного быта до отвлеченных понятий о народе и человечестве» (Буслаев, 1848, с. 200). Эпоха военной демократии, когда каждый взрослый мужчина был воином, к XI в. уже миновала; слово пълкъ стало специальным термином, хотя в бытовом смысле оно долго сохраняло общую идею совокупной множественности не только лиц, но и предметов (Сороколетов, 1970, с. 45-46); отсюда народные выражения типа налетел полк девок или былинное а ты женского полку, известные не ранее, чем с XVI в. Вторичность этого значения подтверждается самим характером сочетаний. Речь идет об условном противнике, с которым предстоит бой, но самое главное, что противник этот воспринимается как совокупность лиц без выделения отдельных ее представителей. В последнем сохраняется древний смысл слова; академик Ф. И. Буслаев вообще полагал, что уже в исходном значении слова «и по производству, так же как и по употреблению, полкъ имеет значение сборища, толпы, множества» (Буслаев, 1848, с. 199). Народъ обозначает то же, что и пълкъ, но в отличие от последнего (слово пълкъ по традиции считается заимствованным у воинственных готов) народъ – свое, славянское слово; к тому же народ не всегда воюет (в отличие от полка).