Древняя Русь : наследие в слове. Мудрость слова

Наконец, реальность. Иногда полагают, что слово действительность и образовалось-то для передачи этой самой реальности. Наш экскурс в прошлое слова показывает, что русской ментальности было свойственно собственное движение к этому важному философскому понятию. Слово реальность отмечено в словарях почти через полтора века после того, как слово действительность вошло в полную силу. Кроме того, реальность соотносится с идеей правдоподобности, соответствия объективной действительности, т. е. представляет чисто интеллектуальное осмысление того, что русские мысль и слово передают как активное действие в конкретном деле. Вот причина, почему для русских философов реальное остается помысленным отражением действительного, идеей действительности. Когда славянское слово замкнулось на самом отвлеченном по смыслу суффиксе -ость-, ему на смену и явился латинский термин реальность. Современные научные уточнения прилагательными говорят о действительности мира и реальности идеи о нем, а в промежутке между ними находятся те самые, как многим кажется, избыточные определения, которые на самом деле так важны: «объективная действительность» — мыслимое сущее, данное в образе; «реальная действительность» — реальное сущее, данное в понятии; «объективная реальность» — мыслимое реальное, данное в символе (Франк, 1956). Что ни говорите, а философия все-таки глубока через касания слова и в слове.

То, что западноевропейская средневековая традиция понимала как «всеобщее», в мышлении Нового времени оказалось тождественным пониманию «реального» (Библер, 1988, с. 149). В русских понятиях это не так. Окружающая действительность вещного мира и внутренние возможности человека в помыслах его должны быть соотнесены друг с другом, а это осуществимо только в деянии, в деле, в действии.

Возможности осуществляются не в реальности, а в действительности.

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ПОЗНАНИЕ

Философское познание как творческий акт есть брак по любви.

Николай Бердяев

СУТЬ БЫТИЯ

Если для нас мир есть процесс, то для средневекового человека мир — готовый результат.

Петр Бицилли

Последовательные этапы формирования логических категорий у человека философы описывают таким образом.

Сначала выявляется и сознанием воспринимается движение, а затем на его основе и пространство, в котором движение происходит. После этого устанавливается зависимость движения в пространстве с определенными чередованиями, из чего постепенно выявляется категория времени. Вместе с тем (одно-врем-енно) идет познание предмета в его недвижно вещном виде, в результате чего определяются качество, а несколько позже и количество; количество качества дает представление о мере и степени. Взаимодействие всех этих категорий, их пресечение в реальных отношениях постепенно подводит к категории причины, а затем и цели, поскольку направление движения в отрезок времени предполагает цель. Категория закона, выявляющая единство и связь всех закономерностей существования природы и общества, — продукт очень развитого логического мышления, возникает при формировании современного научного познания. Даже у древних греков, у которых, кажется, все было, не имелось слова для обозначения закона, если не считать слова νόμος ‘пастбище’. Развитие значений ‘пастбище’ → ‘местожительство’ → ‘обычай, нрав’ → ‘закон’ проходило не одно столетие. Славянский эквивалент связан со словом кон, искони, о котором мы еще будем говорить, — это конечная черта всего, в том числе и знания в познании, порядок, ряд, предел. То, что поставлено на кон, — начало всего, но вместе с тем и абсолютный кон-ец. В других языках в понятии о законе находятся совершенно иные образы; в латинском lex ‘закон’ восходит к корню *legh ‘лежать’, а это тоже указание на основу всего. Многие славянские языки сохранили какое-нибудь из промежуточных значений исходного слова за-кон-ъ: либо ‘обычай’ — от предков пошло, либо ‘вера’ — возможность познать невидимое, либо ‘исповедь’, которая помогает выразить то таинственное, что содержит в себе закон.

В старославянском, церковнославянском и древнерусском законъ — это судебное установление, которое ограничивает человеческую жизнь и деятельность определенными действиями, переступив которые человек становится пре-ступ-ником. Даже закон природы (законъ естьствьный) понимался как добровольное установление правопорядка. Закона объективного еще не видят, поскольку и таковые тоже предписаны — Богом. Религиозная идея и есть тот кон, о который сокрушаются все попытки выйти за его рубежи.