Читаем Древние греки. От возвышения Афин в эпоху греко-персидских войн до македонского завоевания полностью

Вряд ли какая-либо категория граждан Афин была формально исключена из состава городского совета, но Солон все еще считал само собой разумеющимся, что в его городе должны быть «предводители народа», которые помогут ему принимать верные решения. Во многих государствах власть по традиции (или потому, что это было удобно) на протяжении длительного времени оставалась в руках представителей узкого общественного слоя. Нам известны случаи (помимо Спарты), имевшие место в эпоху классики, при которых статус полноправных граждан передавался по наследству. Во многих олигархиях более позднего времени право голоса того или иного человека было обусловлено наличием у него определенного количества собственности. Наиболее ранним примером этого стала конституция, разработанная в 446 г. до н. э. Беотийским союзом для городов, входивших в его состав. Возможно, во многих классических олигархиях четкое и официальное введение ценза для полноправных граждан стало реакцией на заявления сторонников демократии о том, что право голоса должны иметь все взрослые мужчины. Дело не в том, что в Афинах во времена, когда число людей, обладавших правом голоса, достигало 45 тысяч человек, народное собрание регулярно посещала лишь незначительная их часть – лишь изредка свое право реализовывали пять-шесть тысяч человек, а в том, что в нем принимали участие представители всех слоев общества. Правило, согласно которому никому не следует отказывать в реализации этого права, стало основополагающим принципом демократической свободы и всеобщего равенства.

Этот принцип действовал все более эффективно, так как Афины внезапно обрели огромное могущество. Помимо других ресурсов, им были доступны серебряные рудники, находившиеся в юго-восточной части Аттики, в Лаврионе, а в начале V в. до н. э. там была обнаружена новая богатая жила. Фемистокл позаботился о том, чтобы направить непредвиденные доходы на строительство беспрецедентного по своей численности флота. Именно благодаря ему в 480 г. до н. э. была одержана победа в морском сражении при Саламине, и после войны Афины стали намного сильнее и самоувереннее, чем прежде. В то же время Спарта, организационная система и традиции которой сделали ее неповоротливым лидером в военных действиях, переместившихся теперь в основном в Малую Азию и в Восточное Средиземноморье, отошла от дальнейшей борьбы с Персией. Позорный поступок Павсания, героя битвы при Платеях, еще больше повредил ее авторитету. В итоге совершенно неожиданным результатом ее достижений в 480 г. до н. э. стало то, что спартанцы полностью сосредоточили свое внимание на Пелопоннесе, где им пришлось столкнуться с серьезным недовольством. Тем временем Афины сделали еще один шаг вперед, встав во главе нового морского союза – Делосской симмархии, – сплотившегося вокруг идеи освобождения восточных греков и продолжения войны с персами.

В этот союз вошло рекордно большое количество государств, а необходимость ведения войны на море способствовала формированию другой системы управления. Союзники Спарты были вынуждены сражаться на суше, причем определенным образом – путем проведения коротких кампаний, в которых принимало участие городское ополчение – гоплиты, приносившие с собой собственное довольствие и больше ни в чем не нуждавшиеся. Война на море предполагает строительство кораблей, плату и пищу для гребцов. Для поддержания Делосского морского союза от его членов с самого начала требовались существенные вливания. Со временем большинство из них посчитало обременительным поставлять для союза корабли и людей, и афиняне стали использовать собственный, считавшийся общим лишь формально, флот, построенный на дань, полученную от других членов союза. В итоге Афины становились все более могущественными, а их союзники оказывались, по сути, безоружными. В то же время на Пелопоннесе спартанцы продолжали нуждаться в своих союзниках для создания эффективной армии, что заметно ограничивало их способность вмешиваться во внутренние дела других городов, являвшихся членами их союза.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Косьбы и судьбы
Косьбы и судьбы

Простые житейские положения достаточно парадоксальны, чтобы запустить философский выбор. Как учебный (!) пример предлагается расследовать философскую проблему, перед которой пасовали последние сто пятьдесят лет все интеллектуалы мира – обнаружить и решить загадку Льва Толстого. Читатель убеждается, что правильно расположенное сознание не только даёт единственно верный ответ, но и открывает сундуки самого злободневного смысла, возможности чего он и не подозревал. Читатель сам должен решить – убеждают ли его представленные факты и ход доказательства. Как отличить действительную закономерность от подтасовки даже верных фактов? Ключ прилагается.Автор хочет напомнить, что мудрость не имеет никакого отношения к формальному образованию, но стремится к просвещению. Даже опыт значим только количеством жизненных задач, которые берётся решать самостоятельно любой человек, а, значит, даже возраст уступит пытливости.Отдельно – поклонникам детектива: «Запутанная история?», – да! «Врёт, как свидетель?», – да! Если учитывать, что свидетель излагает события исключительно в меру своего понимания и дело сыщика увидеть за его словами объективные факты. Очные ставки? – неоднократно! Полагаете, что дело не закрыто? Тогда, документы, – на стол! Свидетелей – в зал суда! Досужие личные мнения не принимаются.

Ст. Кущёв

Культурология