Древний мир. Полная история

И напрасно этруски старались прибегать к различным хитростям, чтобы компенсировать это свое отставание. Тит Ливий дает нам описание одной из таких хитростей, применявшихся тарквинийцами: те, дабы испугать римских солдат, посылали им навстречу жрецов, переодетых демонами, которые размахивали горящими факелами и змеями. Поначалу эта хитрость подействовала, и римляне в беспорядке бросились бежать к своим укреплениям. Но консулы и офицеры стали высмеивать солдат за то, что они «подобно детям испугались простых фокусников. Стыд вернул солдатам мужество, и они бросились на предметы, обратившие их в бегство. Рассеяв призраки, они обрушились на настоящего врага, взломали линию обороны, захватили огромные трофеи и вернулись победителями, высмеивая в грубых солдатских шутках и свой собственный страх, и уловку врага».

В конце IV века до н. э. этруски, в свою очередь, приняли военное построение в виде манипул, но было уже поздно. Таким образом, Этрурия дорого заплатила за свое отставание – она заплатила за это своей свободой.

Ну, и конечно же, одной из главных причин поражения этрусков в борьбе с Римом оказалось отсутствие военно-политического единства этрусских городов-государств.

Этруски были настолько искусны в военном деле и неукротимы в битвах, что позже римляне не нашли ничего лучшего, кроме как заимствовать у них организацию своих легионов и вооружение, но у них никогда не было централизованной власти. В критические моменты они, следуя кельтскому обычаю, доверяли власть императору, который командовал объединенными отрядами, обладая абсолютными, но временными полномочиями. В спокойные времена они имели конфедерацию основных городов, в орбиту которых добровольно включались малые селения. Каждый политический центр служил резиденцией нескольких крупных групп, управлявших культом, общественными делами, толковавших законы, ведавших военными делами и распоряжавшихся казной. Когда одно из семейств приобретало явное превосходство над соперниками, образовывалась система, напоминающая королевство, которая всегда несла на себе печать нестабильности… Но это не могло продолжаться бесконечно, и система рухнула от первого толчка.

ЖОЗЕФ-АРТУР ДЕ ГОБИНО, французский социолог

Эх, если бы этрусские города смогли объединиться, если бы они вели не такую эгоистическую политику, если бы они постарались создать стабильную и долговременную коалицию… Возможно, вся последующая история сложилась бы несколько иначе.

* * *

На самом же деле, некогда грозные этруски все больше и больше отставали от своих главных противников в области вооружения и боевой тактики. По мере этого отставания, они терпели все более и более чувствительные поражения и теряли свои территории. В частности, города на севере Этрурии один за другим стали попадать в руки галлов. Например, в 350 году до н. э. после упорного сопротивления капитулировала Фельсина.

Битва. Изображение на этрусской вазе. Музей города Черветери (Италия)

Этруски оказались зажатыми в Тоскане, то есть в регионе, который служил их колыбелью, но и тут они не знали покоя. Галлы давили на них с севера, греки осмелели и принялись опустошать этрусские порты на побережье, Рим один за другим захватывал этрусские города на юге, и, как отмечает Эллен Макнамара, «римское могущество постепенно распространялось по южной Этрурии».

За потерей Паданской равнины последовала потеря Корсики и Эльбы. Но этруски не сдались.

Естественно, тосканцы пытались воспользоваться случайными благоприятными моментами и предпринимали контратаки, пытаясь ослабить сжимавшуюся вокруг них петлю.

РЕЙМОН БЛОК, французский историк