Другая история искусства. От самого начала до наших дней

Сопоставление помпейской фрески с картиной Рафаэля наводит на мысль, что Рафаэль хорошо знал эту фреску. Откуда же он мог ее знать, если Помпеи отрыли через несколько столетий после его кончины? Историки скажут, что к нему «случайно попала» афродисийская монета. Позвольте в это не поверить.

Рафаэль, как и другие художники северо-итальянского «возрождения», учился на картинах южно-итальянских и греческих мастеров, которых перечисляет М. Абрамзон:

«Из наиболее крупных живописцев императорского времени в Риме трудились: Фабулл, расписавший Золотой дом Нерона; Аттий Приск, автор фресок храма Чести и Доблести, созданных… при Веспасиане; Корнелий Пин, работавший вместе с Аттием Приском; Мирро Т. Статиллий, придворный живописец императрицы Платилии».

«Нам представляется, что виды гаваней и приморских городов, воспроизведенные на монетах Августа, Нерона, Траяна и др. создавались не без влияния мастеров пейзажного жанра, например, Студия — наиболее известного пейзажиста эпохи Августа, изображавшего на стенах дворцов и вилл „города, гавани, пейзажи… кто что хотел“».

Сестерций Тита. Вид Колизея. I век. Линия № 6.

При Адриане городами Малой Азии и Греции было выпущено множество монет с изображением знаменитых храмов, построенных в Эфесе, Сардах, Рамнунте, Насамосе и так далее. Афины, например, не выпустили ни одной монеты с портретом императора за весь императорский период. На их обороте изображались разные местные архитектурные и скульптурные памятники. По традиционной истории, это довольно странно, особенно во времена «монотеизма», то есть культа личности Нерона или Калигулы. А по нашей версии истории, это как раз понятно, потому что в XIV веке, по линии № 6, Афины были сицилийско-каталонским владением, по сути дела, республикой, и императоров не уважали.

Нумизматические памятники, на которых изображены архитектурные комплексы, имеют огромную ценность для архитекторов и искусствоведов. Они позволяют исследователям получить уникальную информацию, как, например, в случае с храмом Святой Софии в Константинополе (см. главу «Застывшая музыка»).

М. Абрамзон пишет:

«Колизей, Остийская гавань (Рима), мост через Дунай, великолепные арки, храмы и т. д. запечатлеваются на монетах не случайно, хотя подобные типы встречаются в чеканке значительно реже, чем типы, посвященные успехам внешней политики или императору».

Напрасно некоторые историки думают, что художники, в том числе медальеры, изображают, что им захочется, и как попало. Они как раз связаны конкретикой изображаемого, а не политическими пристрастиями заказчика (как, например, летописцы). Художники-медальеры показывают то, что видят сами.

«Храмов, которые атрибутировались бы с трудом, на монетах Флавиев нет или почти нет… С уверенностью идентифицируются следующие храмы: Аполлона, Дианы Эфесской, Дианы Пергамской, Геркулеса, Фелицитас, Геркулеса и нимф, Юноны Самосской, Марса Ультора, Минервы, Немезиды, Прозерпины, Весты, Рома и Августа, Нервы, Божественного Августа, Божественной Фаустины, Меркурия (Гермеса), Венеры Феликс».

Также на монетах часто изображались общественные здания, триумфальные арки, колонны и обелиски, алтари, расположенные внутри храмов. Анализ всех этих произведений тоже приводит к очень интересным результатам.

Считается, что главной святыней Олимпии был прославленный храм Зевса со статуей верховного бога, созданной одним из гениальных скульпторов Древней Греции, Фидием. Эта статуя входила в число семи чудес света, полностью разрушенных, за исключением египетских пирамид.