Другая история литературы. От самого начала до наших дней

Таково большинство из 23 рассказов, записанных со слов самих рассказчиков А. Д. Рудневым и опубликованных во втором и третьем выпусках его книги «Хори-бурятский говор» 1913 года. Не правда ли, мы спускаемся к самым началам человеческой культуры? Из всего «буддийского литературного комплекса» в эту сказку внедрилось только слово «душа», заменившее в тексте некий золотой предмет, который до этого, несомненно, должен был украсть «молодец с железными ногтями». И металлические ногти, и металлическая «душа» выдают нам время первичного появления сказки, это эпоха перехода от использования камней к металлам.

Так и должно быть: национальные литературы начинаются с компилятивных произведений (значительную часть которой составляют вставки, рассказы действующих лиц и т. п.), не достигающих уровня большой эпической формы. Такие, как саги «Угон быка из Куалнге» и «Повесть о кабане Мак-Дато», а также «Родовые саги», где персонажи группируются по семейно-родовому и что, как правило, совпадает, территориальному признакам.

Затем появляются «суставчатые» произведения, вроде сказок «Тысяча и одна ночь» или индийских «Сказок попугая». Причем приобрести подобный вид, когда ранее раздельные сказки объединяются некой общей нитью, они могут лишь в руках умелого литератора, хорошо владеющего письменностью и уверенного, что у скомпилированного им произведения будут читатели.

Позже появляются экстатические стихи и молитвы, еще не оформленные в поэмы и драматические произведения, но они не исключают из оборота первичных сказок, которые продолжают свое развитие, усложняясь, принимая новые формы. Приведем для примера стихотворную русскую сказку о Волхе Всеславьевиче. Что интересно, являет нам этот Волх чистейшее колдовство, хоть никаких «религиозных сводов» ему и не предшествовало.

… А втапоры княгиня понос понесла,А понос понесла и дитя родила.А и на небе просветил светел месяц,А в Киеве родился могуч богатырь,Как бы молодой Волх Всеславьевич;Подрожала сыра земля,Стряслося славно царство Индейское,А и синее море сколыбалосяДля-ради рожденья богатырскогоМолода Волха Всеславьевича;Рыба пошла в морскую глубину,Птица полетела высоко в небеса,Туры да олени за горы пошли,Зайцы, лисицы по чащицам,А волки, медведи по ельникам,Соболи, куницы по островам.А и будет Волх в полтора часа,Волх говорит, как гром гремит:«А и гой еси, сударыня матушка,Молода Марфа Всеславьевна!А не пеленай во пелену червчатую,А не поясай во поесья шелковые,-Пеленай меня, матушка,В крепки латы булатные,А на буйну голову клади злат шелом,По праву руку – палицу,А и тяжку палицу свинцовую,А весом та палица в триста пуд».А и будет Волх семи годов,Отдавала его матушка грамоте учиться,А грамота Волху в наук пошла;Посадила его уж пером писать,Письмо ему в наук пошло.А и будет Волх десяти годов,Втапоры поучился Волх ко премудростям:А и первой мудрости училсяОбертываться ясным соколом;А и другой-то мудрости учился он, Волх,Обертываться серым волком;А и третей мудрости-то учился ВолхОбертываться гнедым туром – золотые рога.