Читаем Думая руками: Удивительная наука о том, как жесты формируют наши мысли полностью

Теперь мы знаем, что домашние знаки повторяют модель человеческого языка: они образуют слова, а из слов предложения – и эти предложения структурированы. Но домашние знаки также выполняют функции языка – с их помощью можно просить, комментировать, задавать вопросы, рассказывать истории, разговаривать с самим собой, обсуждать сказанное и т. д. Неудивительно, что они используются для обращения с просьбами (дети в приведенных выше примерах, как правило, просят выполнить действие над объектом – дать яблоко или открыть банку). В конце концов, шимпанзе используют свои естественные жесты, когда просят, чтобы им принесли еды, чтобы с ними поиграли, пощекотали или почесали их. Но шимпанзе не используют свои естественные жесты, чтобы комментировать то, что происходит в окружающем их мире. Даже когда их обучают жестовому языку, они используют его для того, чтобы просить о чем-либо. Лишь очень, очень редко (реже чем в 1 % случаев) они используют выученные жесты, чтобы прокомментировать что-то. Напротив, для глухих детей комментирование является основной целью жестов: описать длинный тонкий хвост собаки, сообщить о высоте башни, которую они строят с мамой, указать, что птица на картинке крутит педали велосипеда11.

Также шимпанзе не используют изученные жесты, чтобы задавать вопросы, в отличие от детей, использующих домашние знаки. Такие дети заимствуют жесты, которые слышащие люди используют для выражения сомнения или незнания, – например, поворачивают ладонь снизу вверх, чтобы спрашивать: что? где? кто? и даже как? и почему? Вопросительные жесты они помещают в конец предложения. Например, они изображают сначала жест ИДТИ, затем – жест БИТЬ, а в конце – вопросительный жест, чтобы спросить: «Где игрушка, которая идет вперед и бьет в барабан?»

Пользующиеся домашними знаками также заимствуют у слышащих людей жесты для выражения отрицания – они покачивают головой из стороны в сторону, чтобы заявить об отсутствии какого-либо объекта, отказаться что-либо взять или сделать, а также для того, чтобы выразить свое несогласие. Например, один такой ребенок рассказал нам, что игрушечный мишка, которого он ранее считал сломанным, на самом деле не был сломан: он отрицательно покачал головой, удерживая два кулака вместе, а затем развел их в стороны (жест СЛОМАЛСЯ) – и все это с широкой улыбкой, выражающей радость от того, что игрушка не сломалась. Интересно, что покачивание головой в знак отрицания часто появлялось в начале предложения, а жест вопроса – в конце, ведь отрицания и вопросы в английском, на котором и говорили слышащие родители этих детей, строятся по-другому. Они не работают таким образом и в жестах, сопровождающих речь: покачивания головой из стороны в сторону могут встречаться не только в начале высказывания, а вопросительные жесты с поворотом ладони вверх – далеко не только в конце. Следовательно, мы можем говорить о том, что такой способ использования отрицания и вопросов был введен в общение самим ребенком, а не воспринят со стороны12.

Довольно часто мы используем язык, говоря сами с собой. Точно так же делают и дети, использующие домашние знаки. Дэвид сидел на полу и играл в кубики. У него был листок с изображением очень красивой башни, которую он хотел построить из этих кубиков, но ему нужен был кубик в форме арки. Он начал оглядываться в поисках этого кубика и показал жест АРКА. Я попыталась передать ему соответствующий кубик, но он не обратил на меня внимания. Видимо, Дэвид адресовал этот знак самому себе, а не кому-то еще. В конце концов он нашел нужный кубик и построил башню без моей помощи.

При помощи речи вы также можете подчеркнуть сам факт говорения: «Я сказал: „Я хочу уточку“». Глухим детям в аналогичной ситуации нелегко будет одними жестами описать другие, но тем не менее иногда они это делают. Дэвид искал игрушечного Дональда Дака и в один момент изобразил жест УТКА, вытянув губы в трубочку. Жест был адресован мне, но я не обратила на него должного внимания. Не получив от меня ответа, Дэвид указал на свои вытянутые губы, как бы говоря: «Я сказал: „Дональд Дак“». Таким образом, своим указательным жестом мальчик сослался на другой жест (УТКА), пропущенный мною ранее.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже