Души человеческие: «чёрный меч»

Первыми в бой ворвались войны в экзоскелетах. Латники явили своё присутствие, обволакиваясь в дым и пламя, но вот противостоять им уже практически некому. В местах попаданий зияли огромные воронки, раскидавшие вокруг себя обломки зданий, мешки с песком и вспоротый асфальт. Вышек не стало, их банально смёл взрыв. Всё вокруг горит, трещит огонь, лаская невысокими язычками до чего могут дотянуться, ландшафт на маленьком участке земли напоминал лунный, только заваленный кучами мусора.

Кто-то попытался атаковать из руин, но крупнокалиберные пулемёты порвали тела в клочья. Солдаты противника, раненные и оглушённые, выходили из не до конца разрушенных строений, не заваленных блиндажей. Кого-то тут же клали мордой в землю, но иные ещё пытались атаковать. Однако каждая попытка заканчивалась тем, что кучным огнём их вмарывали в землю.

Йозеф тоже принял участие в наступлении. Он спрятался за спиной Румо, как за стеной. Мускулистые жилистые руки держали разваливающееся оружие, когда оно плевалось дождём пуль. Оно неистово ревело и рычало, отправляя шторм свинца в тех, кто посмел показаться. Оно походило на древнего и страшного зверя, который всё ещё помнил в чём его суть и хорошо знал дело. Лабиринты стихийных тропинок, кратеры и кучи мусора не спасали от лавины огня «рыцарей», точных залпов сержанта и плотной работы Румо, который её выполнял отменно. Сам парнишка сделал только пару выстрелов, даже попав кому-то в бронежилет. Но что он сейчас может сделать?

– Вот блядь! – наклонился пулемётчик, когда недалеко рванул снаряд миномёта. – Отстреливаются, суки.

Сгорбленный и пригнувшийся Ди’Андорр старался чтобы в него не попали. Он – зелёный рекрут, который впервые участвует в штурме города. Бесконечные уличные перестрелки и извечные разборки банд рядом не стояли с общевойсковой операцией. Мальчик ощущал себя бесконечно мелким, убогим и ничтожным в этой мясорубке.

«Они прям полубоги!» – подумал Йозеф, взирая на то, как латники прорезают себе путь, ботинками и кулаками разнося кучи земли, асфальта и дерева. Бронированными перчатками они рвут колючую проволоку, попутно отстреливаясь.

Отряд прорвался сквозь разбитый укреп. Те, кто лишён изысков былого времени вроде отменной брони, закрепились на позициях. Йозеф прижался к куску стены, чуть высунулся и сжал язычок стали. Пульки просвистели над головами окопавшихся мятежников и разлетелись салютом искр, столкнувшись о силовой барьер.

– Вот холера! – крикнул Румо.

Латников это не остановило. Они стояли под пулями и лучами, обдуваемые ветром сокрушительного обстрела. Тонкое силовое поле и толстые пласты брони с лёгкостью сдерживали натиск. Воины встали полукругом, растянув между собой какие-то провода. Спустя миг в сторону силового поля полетело квадратное устройство, смахивающее на аккумулятор. Светло-голубоватый вал замерцал, секунды хватило, прежде он был бы рассеян.

– Господин полковник, говорит командир первой боевой группы Первого братства капитан Франческо. Силовой барьер сокрушён! – отрапортовал воин в технолатах, став отходить в дымящийся укреп.

Реакцией командира полка на рапорт стал град, дождь ослепительно-сияющих снарядов, накрывший местность. Расчищенная большая земляная площадка, окружённая окопами и энерго-пулемётными гнёздами, скрылась за морем бушующего огня. Несколько дивизионов РСЗО месили штаб ударной группы беспилотников, усеивая всё воронками, поднимая дождь грязи, обожжённых кусков тел и обломков. Удар был настолько плотный и жестокий, что в глазах Йозефа всё впереди предстало одним большим пламенным пятном, земля под ногами тряслось, уши закладывало от сумасшедшего обстрела.

Вскоре всё закончилось, грохот стих. Рекрут положил пальцы на бетонное перекрытие и попытался поднять тело. Но чья-то рука схватил его за бронижелет, и потянула к земле.

– Не суйся, дурень! – крикнул Румо. – Если какая-нибудь тварина выжила, то шлёпнут тебя, как миленького.

Наступила напряжённая тишина. Удивительно, но выстрелы стихли, практически на всей линии фронта смолкли выстрелы, артиллерия перестала вести огонь, и даже корабли стояли и не отстреливались. Это было странным, Йозеф весь сжался в ожидании жестокой развязки. Шипение и статика заставили его вздрогнуть.

– Сержант! Сержант, сука! – раздалось из рации.

– Говорит, – взялся за устройство мужик.

– Да я понял. Это командир взвода лейтенант Лиро. Можете сворачиваться и выходить. Гереро свалил, прихватив всё золото, а его наместник так обосрался, что сразу запросил мир. В общем, нехер нам тут делать больше.

Дьяко ухмыльнувшись, убрал рацию. Сержант подошёл к Румо и похлопывая по полечу, самодовольно сказал:

– Ты мне должен.

– Да без б, начальник.

Наёмники поднялись. По всей линии соприкосновения прекратился обстрел, скоро позиции займут государственные войска. Но Йозефу нет до этого дела. Он перекинул оружие за спину и побрёл за своим отрядом. Для него этот день запомнится надолго, и не только битвой.

Глава 2. Миг отдыха

Спустя три дня. Таранто.