Двор и царствование Павла I. Портреты, воспоминания и анекдоты

P.S. Но отчего бы Вам не приехать в Турэну. Труворы происходят отсюда, и все образованные иностранцы посещают эту страну.

8

Клиши, 10 декабря 1814 г.?

Мне говорят, что Вы сердитесь на меня, — это несправедливо. Я согласна не видеться с Вами раньше 1-го января; но в этот день все мои друзья меня здесь посещают. Я безропотно отказываюсь от Вашего общества, которое мне так нравится, а Вы меня еще вводите в заблуждение! Не потому ли, что я позволила себе посмеяться над Вашей рекомендацией в пользу одной барышни сомнительной добродетели? Вам это нипочем, а мне это могло бы повредить, и до тех пор, пока моя дочь не выйдет замуж, я не могу допустить никакого сомнительного общества, ни вблизи, ни издали. Другое дело — Вы, ибо, несмотря на Ваши наставления, Вы еще не мать семейства. Учитесь из этих наставлений, что следует любить тех, которые умеют нас ценить. Не знаю, говорится ли об этом в Евангелии, но это сказано в его духе.

Прощайте, прощайте, до первого января, но тогда Вам надо будет приходить ко мне каждый день.

II. Граф Иосиф де-Мэстр

1

С.-Петербург, 6/18 апреля 1807 г.

Как Вы любезны, граф, и как Вы всё умеете делать кстати! С 22-го октября я не получал ни одной строки от жены, поэтому Вы можете себе представить, как Ваше письмо попало во время! Но поверьте, что оно не нуждалось в этом предлоге, чтобы встретить радушный прием, ибо я всегда придаю большое значение всякому доказательству Вашей доброй памяти обо мне. Но так как в человеческой натуре всегда есть известная леность, в силу которой мы не любим писать без особенной надобности, я должен Вас благодарить, граф, что Вы мне столь любезно предоставили к тому повод; я Вам также очень благодарен за то, что Вы мне сообщаете новости о нашей достойной знакомой, г-же Юбер. Несколько дней тому назад я принял меры, чтобы известить ее, что я еще жив, так как я ее по-прежнему очень люблю. Но эта «неловкость», как Вы забавно выражаетесь, может мне стоить то, что я получу ответ в 1810 г. Я рассчитываю в одно прекрасное утро получить сразу пятнадцать или двадцать писем; тогда я распрощусь со своими друзьями и запрусь на несколько дней в комнату, чтобы читать и отвечать. Тем временем, я очень рад, что пакет, доставление которого Вы так любезно приняли на себя, попал туда, куда надо. Из одной строки Вашего письма я вывожу заключение, что Вы сделали некоторые попытки, чтобы доставить мне письмо от г-жи де-М. (де-Мэстр); Вам это не удалось, но моя благодарность остается та же. Впрочем, Вы мне доставили громадное удовольствие, сообщив, что мои письма дошли до назначения. Я только что отправил двенадцатое — и всё не получая ответа. Согласитесь, что я беспристрастный муж!

Я хотел бы с Вами потолковать об истории. Я думаю, что она не приносит никакой пользы. Никогда еще история не предупредила ни одной глупости, ни одного преступления. Эта тема помогла бы нам приятно провести, по крайней мере, один вечер в Женеве — но ведь мы так далеки от Женевы!

Вы хорошо делаете, граф, что живете больше в обществе покойников; но меня очень огорчает причина, заставляющая Вас это делать: подагра и пузырный песок! Боже мой, какие это внушительные названия и как я Вас жалею! Подагра не особенно приятна, но ее еще можно перенести. Она появляется с перерывами и не притесняет Вас так, как песок. Но соединение обоих зол — ужасно. Впрочем, хотя я и не очень верю в медицину, мне всё-таки кажется, что этот песок, который Вас мучит, не принадлежит к разряду неизлечимых, и что если бы Вы были вполне благоразумны, спокойны и послушны, Вы могли бы с ним справиться. Если Вам удастся избавиться от него, Вы, надеюсь, не оставите меня в неведении о столь приятной для меня новости.

Я передал Ваши поклоны шведскому посланнику, а также почтенному герцогу и г-ну де-Тарси, которые Вам отвечают тем же. Что же касается моего сына, то он, к сожалению, далеко от благодарности. Он находится за Неманом, состоя на службе кавалергардским офицером, и возможно, что он в то время, как я Вам это пишу, участвует в каком-нибудь сражении. Вот где мой «песок» сидит, дорогой граф! Всё это произошло вполне правильно и с общего согласия. Но, тем не менее, это мой «песок». Прощайте, граф, я Вас много раз благодарю за Ваше деликатное внимание. Рассчитывайте на постоянную мою благодарность и неизменную привязанность и пр.

2

С.-Петербург, 16/28 июля, 1807 г.