Двуявь

Дерево, несмотря на дождь, вспыхнуло тотчас, будто в кино, где поработали постановщики спецэффектов. Зрители ахнули - не то испуганно, не то восхищённо. Огонь метнулся по веткам, жадно пожирая плоды, и те лопались с мерзким звуком. Морось вокруг пропиталась оранжевым светом пламени, отблески ложились на стену.

Марк решил, что увидел на сегодня достаточно.

Домой добрался без приключений. Войдя в квартиру, запер за собой дверь и облегчённо вздохнул. Отнёс пакет в ванную, встал над раковиной и принялся вырезать семена - в каждом 'персике' было по одной штуке. Плод, оставшись без семян, съёживался, высыхал на глазах и рассыпался чёрной трухой.

Всего их оказалось семнадцать. Если бы менты задержались ещё на пару минут, набрал бы полную сумку. Впрочем, и так грех жаловаться - хорошо, что росток пробился сегодня вечером, иначе пришлось бы сидеть и ждать...

Нет, день определённо удачный. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно, лишь бы не сглазить.

Но вообще, активности в подземном царстве прибавилось, если сравнить с предыдущими погружениями. Побеги созревают быстрее, да и сама равнина как будто наливается силой - сегодня, когда Марк соприкоснулся с ней через корень, это ощущалось очень отчётливо. В следующий раз, того и гляди, прорастёт не дерево, а что-нибудь пострашнее...

Так, стоп. Параноидальные мысли - это у него профессиональная деформация, надо их вовремя пресекать, и тогда всё будет нормально.

Он поднял взгляд и посмотрел в зеркало. Двойник в отражении выглядел подозрительно - круги под глазами, двухдневная щетина, стрижка почти под ноль. Ладно, такая рожа сейчас почти у каждого встречного. Смутные времена, что поделать. Да и когда в России было иначе? То революция, то перестройка, то путч - и Обнуление для полного счастья.

Хотя передышки, справедливости ради, тоже случались. К примеру, пресловутый застой. Марк, правда, был тогда ещё слишком мал, чтобы по-настоящему оценить, - в школу пошёл в восемьдесят втором, за пару месяцев до того, как похоронили Брежнева. А из дошкольных времён запомнилось только ощущение безмятежности, когда казалось, что мир вокруг - незыблем и неизменен, а солнце будет светить всегда. Кто ж знал...

Он тщательно промыл семена и оставил их на полке под зеркалом, чтобы подсохли. Потом взял тряпку, выскоблил раковину. Сходил на кухню, принёс коробку из-под чая, ссыпал в неё семена - оставил только две штуки, которые выложил на стол. Встал возле окна, приоткрыл форточку, закурил, собираясь с духом.

Итак, ресурсы пополнены.

Пора за работу.

***

На этот раз он не стал заводить будильник. Процедура, которая сейчас предстояла, имела свои особенности. Нельзя погружаться в сон, надо оставаться в сознании, пока не проявятся первые результаты.

Он снова лёг на диван и положил семена на кожу, первое - в межключичную впадину, второе - на солнечное сплетенье. Некоторые продвинутые коллеги лепили эту дрянь ещё и на лоб (в межбровную чакру, как они выражались), но Марк до таких изысков не доходил. И, как показывал опыт, был совершенно прав. Где они теперь, те коллеги? Один скопытился ещё в конце нулевых, в разгар очередного сеанса, другой недавно схлопотал пулю - прямо в эту самую чакру. Так что Марк остался один на весь Медноярск. Эксклюзив от ООО 'Трейсер'.

Семена присосались и начали прорастать - иллюзия, как и в прошлый раз, была полной. Дождавшись, когда отростки, судя по ощущениям, разветвились, он встал с дивана и прошёлся по комнате. Сейчас ему не нужно было, чтобы корни ушли сквозь него под землю. Пусть остаются в теле.

Жар, зародившись где-то в груди, распространялся волнами, дыхание участилось, сердце застучало сильнее. Корни, блуждая, вгрызались в плоть. Марк твердил себе, что в реальности их просто не существует, но помогало плохо.

В такие минуты он ненавидел эту свою особенность, позволявшую выжить после продолжительного контакта с подземным ядом. Любой порядочный homo sapiens, получивший такую дозу, уже бился бы в мучительных судорогах, выхаркивая чёрную кровь. Антидота не существует. Лишь один человек из полутора сотен тысяч получает необъяснимый иммунитет - жаль только, почёта это не прибавляет.

Не любит народ иммунных. Наверное, так же раньше смотрели на каких-нибудь чернокнижников, варивших зелье из дерьма летучих мышей пополам с толчёными мухоморами...

Жар становился невыносимым, наступала самая поганая фаза. Пот заливал глаза, пульс колотил как скорострельная пушка. Сидеть было невозможно, оставалось только рыскать по комнате и терпеть, напоминая себе, что скоро это закончится. Главное - не зацикливаться на своих ощущениях, а думать о чём-нибудь постороннем...