Дзержинский на фронтах Гражданской

22 февраля 1918 г. ВЧК через газету «Известия» довела «до сведения всех граждан, что до сих пор комиссия была великодушна в борьбе с врагами народа, но в данный момент, «основываясь на постановлении Совета Народных Комиссаров, не видит других мер борьбы с контрреволюционерами, шпионами, спекулянтами, громилами, хулиганами, саботажниками и прочими паразитами», кроме как расстрела. Было объявлено, что шпионы, контрреволюционные агитаторы, спекулянты, организаторы восстаний и участники восстания против советской власти, продавцы и скупщики оружия для отправки белой финляндской гвардии и вооружения контрреволюционной буржуазии Петрограда «будут беспощадно расстреливаться отрядами комиссии на месте преступления»49.

В этот же день комиссар по гражданской части г. Москвы выдал Дзержинскому удостоверение № 3411 «на право хранения и ношения при себе одного револьвера системы «Браунинг» или «Кольт», а 25 марта 1918 г. товарищ председателя ВЧК В.А. Александрович и секретарь Г.Н. Левитан подписали удостоверение личности Ф. Дзержинского № 159. Ему было дано право «производства обысков и арестов». Всем учреждениям и организациям предложено «оказывать тов. Дзержинскому всяческое содействие»50.

Для выполнения своих служебных обязанностей сотрудники получали соответствующие документы (мандаты). Так, 9 января 1918 г. Е.П. Баклановой выдано следующее удостоверение за подписью Дзержинского: «Предъявительница сего Елена Петровна Бакланова состоит агентом Контрразведывательного отдела при Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем при Совете Народных Комиссаров.

Настоящим Е.П. Бакланова уполномочивается на задержание всякого рода контрабанды, следующей за границу, почему прошу, как военных, так и гражданских властей оказывать ей при исполнении обязанностей службы всякое законное содействие, что подписью с приложением печати удостоверяется»51.

В борьбе с противниками большевиков на их стороне выступал и сын А.М. Горького. 9 мая 1919 г. председатель ВЧК подписал ему мандат, действительный до 1 июля 1919 г., которым Максиму Алексеевичу Пешкову предоставлено право «задержания всех подозрительных лиц по его усмотрению для немедленного препровождения в МЧК без права обыска на квартире арестованного». Всем советским учреждениям и партийным органам предлагается оказывать тов. Пешкову всемерное содействие при исполнении им возложенного на него поручения»52.

Сначала статья 8 декрета СНК от 21 февраля применялась ВЧК крайне редко. Первыми приговоренными к высшей мере наказания – расстрелу считаются самозваный князь Эболи (известный под фамилиями Дегриколи, Нонди, Маковский, Долматов) и его сообщница Брит, арестованные и расстрелянные 26 февраля 1918 г. за дерзкие ограбления под видом обысков от имени ВЧК53. Дзержинский первым поставил свою подпись под приговором.

В конце марта 1918 г. за спекуляцию оружием и убийство самокатчика ВЧК, пьянство и разгульную жизнь расстреляны Р. Гигашвили, В. Джикидзе, С. Яковлев, В. Герасимов, С. Абрамов и П. Федотов. Распоряжением председателя ВЧК от 22 марта 1918 г. их деньги и вещи переданы в склад вещей и денег, конфискованных в пользу Республики54.

В эти же дни расстреляны и другие преступники, в том числе главарь шайки налетчиков, бывший поручик Алексеев, шантажисты и вымогатели Смирнов и Строгов, выдававшие себя за сотрудников ВЧК и грабившие посетителей петроградских ресторанов55.

Помимо внесудебных полномочий Коллегии ВЧК на местах существовали чрезвычайные «тройки», которые также выносили внесудебные решения. В органах ВЧК первая тройка появилась весной 1918 г. в составе В.А. Александровича, Ф.Э. Дзержинского и Я.Х. Петерса. Приговоры тройки о высшей мере наказания должны были приниматься единогласно. По существу, решение о создании троек не вносило ничего нового во внесудебный процесс. Ведь на коллегиях губЧК при проведении внесудебных заседаний, как правило, присутствовало не более трех человек.

Как видим, ВЧК впервые получила право на внесудебные репрессии. Это был самый острый вопрос в карательной политике органов безопасности Советской России в годы Гражданской войны и после нее, во время взаимного уничтожения противников в кровавом единоборстве на поле боя и в тылу. Данная мера применялась не только против лиц, принадлежавших к членам политических партий или организаций, но и в превентивном порядке к тем, кто, по мнению руководителей разных советов, директорий, военных диктатур, мог взяться за оружие или оказывать помощь врагу.