Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Это трагическое событие привело к тому, что Кхьенце Чокьи Лодро – тулку, который изначально должен был принять на себя заботу об одном из близлежащих монастырей провинции Кхатог, прибыл в монастырь Дзонгсар. Подобная замена у многих вызывала вопросы, поэтому Кхатог Ситу не особенно торопился отправить мальчика в дорогу. Однако он всё же сделал это, следуя уговорам своего двоюродного брата Келсанга Дордже, который являлся хранителем сокровищницы Кхьенце Вангпо. Он сильно болел и был практически на пороге смерти, поэтому решил обратиться к Кхатогу Ситу и написал ему письмо, в котором выразил опасения, что смерть Джамьянга Чокьи Вангпо и его собственная кончина могут привести к тому, что в монастыре Дзонгсар больше не будет линии Кхьенце Вангпо. Приводя в качестве аргумента самайю, связывавшую их с общим учителем, он фактически не оставил Кхатогу Ситу выбора. Так сложилась ситуация, когда Кхьенце Чокьи Лодро был вынужден стать основным тулку Кхьенце Вангпо в монастыре Дзонгсар, будучи человеком «со стороны».

Этот вызов он встретил достойно и довольно скоро доказал, что по праву заслуживает подобной чести. Все тулку Кхьенце, как и положено, прошли через серьёзный процесс обучения, однако Кхьенце Чокьи Лодро был особенно прилежным и старательным. В его биографии упоминается о его склонности серьёзно относиться ко всему, чем он занимался. В частности, говорится о том, насколько почтительно и заботливо он относился к своему пожилому учителю Кхенчену Тхубтену Ригдзину Гьяцо. Практически сразу же по прибытии в монастырь Дзонгсар он был готов принять на себя обязанности своего великого предшественника.

Одной из основных тем, затронутых в намтаре Кхьенце Чокьи Лодро – традиционной биографии великого реализованного мастера или просветлённого существа, в которой основное внимание уделяется его благим качествам и подробностям пути к просветлению, – является его вклад в идеи и видение его предшественника Кхьенце Вангпо. Дилго Кхьенце рассказывает, что Кхьенце Чокьи Лодро точно так же, как и его предшественник, стремился получать учения у мастеров различных традиций. Невообразимо длинный список полученных (а позже и переданных) им учений подтверждает тот безграничный энтузиазм, с которым он относился ко всем аспектам Дхармы. (Это также является эффективным напоминанием о том, какими раньше были духовные учителя в Тибете: чтобы стать гуру, от них требовалось много больше, чем создать вебсайт и провести удачную кампанию по самопродвижению.) Что касается визионерских переживаний Кхьенце Чокьи Лодро, то, точно так же как и в случае с его предшественником Кхьенце Вангпо, их участниками были мастера и божества всех традиций индийского и тибетского буддизма. Если же взглянуть на список его учеников, то становится ясно, что он обладал не просто колоссальным влиянием, но также распространил его за пределы границ отдельных духовных традиций, не говоря уже о том, что среди его учеников были и влиятельные миряне, включая даже самых высокопоставленных правителей.

Биография, подготовленная Дилго Кхьенце, напоминает по структуре биографию Кхьенце Вангпо, которую составил Джамгон Конгтрул. Она разделена на две основные части, затрагивающие обычные и особые аспекты жизни Кхьенце Чокьи Лодро. «Обычная» биография упоминается как «внешняя», в то время как особая разделена на «внутреннюю» и «тайную». Подобная классификация – внешнее, внутреннее и тайное – довольно распространена в тибетской биографической литературе. Джамгон Конгтрул объясняет это так:

Внешний намтар включает описание [деяний], которые доступны восприятию обычных существ, нуждающихся в обучении. Внутренний намтар включает описание уникальных аспектов персональных духовных переживаний самого мастера. Тайный намтар включает описание особых аспектов, недоступных восприятию обычных людей.