Единственная для оборотня и теща в нагрузку

– Да я не боюсь, – ответила я и с удивлением поняла, что действительно не боюсь. Тревожно было за оставшихся наверху, но его присутствие рядом вселяло уверенность, что с нами ничего не случится и мы выберемся.

– Можно попросить? – спросила я. – Не объявлять о том, что я твоя жена до конца путешествия.

Пальцы на моей шее замерли, а я поспешила объяснить:

– Действия крови Айка хватит еще на несколько дней, потом мы приедем, и всем будет не до нас. Не хочу оказаться сейчас под пристальным вниманием и пересудами всего кортежа. Хризея меня вопросами замучает.

– Мы уедем, как только их доставим.

– Хризея просила, чтобы я осталась на ее свадьбу, – вспомнила я, – но я ей не обещала.

– Посмотрим, – не стал отказывать мне он.

Спорить и настаивать не стала. До дроу еще надо доехать и неизвестно, какой прием нас там ждет. Тем более, после всех выходок Хризеи не уверена, что стоит оставаться с ней до свадебного торжества.

– Хочу скорее вернуться с тобой домой, – признался Люциан, как будто оправдываясь, и провел кончиками пальцев по метке.

– Домой? Я думала мы заедем к Айку. – напряглась я.

– Мы напишем ему. Будет гораздо проще, если он перенесет дочь к нам, чем ехать со всеми людьми к нему. Или ты боишься, что он ее не отпустит?

Я нахмурилась. Пусть его предложение звучало здраво и логично, но… не по человечески, что ли. После всего, что тот для меня сделал, просто прислать письмо?!

– Отпустит, конечно. Почти никто не знает, что она его невеста. Для всех я его Алитера, а она просто моя дочь. И даже если недруги узнают, что я стала твоей парой, то они потеряют ко мне и к ней интерес. Айк не будет против вывести ее из-под удара. Только я считаю, нам надо самим с ним поговорить, а не присылать письмо, чтобы он доставил ребенка. К тому же надо Катю подготовить к переезду, а не срывать с места.

Я почувствовала, как мышцы на груди Люциана окаменели, и сам он весь как-то подобрался.

– Ольга, если ты что-то задумала… – не закончил он. В этих словах звучало и предостережение, и возникшие подозрения.

На мгновение меня кольнула обида, но я отогнала ее. А чего хотела? Помнится, не так давно я заверяла его в своем смирении и покорности, и тут же сбежала.

Чуть отстранившись, я подняла голову и прямо взглянула на него, отметив и складку между бровями, и крепко сжатые губы.

– Задумала что? Заманить вас к Айку с целью избавиться от всех вас? Считаешь меня настолько коварной?

Он впился в меня взглядом, стараясь найти ответ. Постепенно его лицо прояснилось.

– Нет, ты не настолько кровожадна.

– Значит, доверяешь?

Это был сложный вопрос. Он не спешил отвечать, изучая мое лицо, а для меня почему-то стало очень важно услышать его ответ. Я даже дыхание затаила.

– Доверяю, – с трудом произнес он, как будто что-то решив для себя.

Меня отпустило, но успокаиваться на этом я не собиралась.

– Тебе придется найти общий язык с Айком и принять то, что он будет частым гостем у нас.

Люциан как будто съел лимон, и лицо приобрело мученическое выражение.

– Он мой друг и Катя его невеста. Будь готов к тому, что он будет посещать ее.

– Ольга, – поморщился он от такой перспективы, – он же вампир! И тот еще су… – проглотив слова, сказал другое: – Тот еще интриган. Его не стоит близко подпускать к семье.

– Он мой друг, – твердо произнесла я. – От него я добра видела больше, чем от всех вместе взятых в этом мире.

У Люциана дернулась щека, но свою дружбу с Айком я готова была отстаивать до последнего. Он понял, что в этом вопросе компромиссов не будет, и хоть на языке явно вертелись «ласковые» слова в адрес вампира, он сдержался.

– Хорошо, – сквозь зубы произнес он и по-моему ему это было произнести так же сложно, как и мне согласиться переехать к нему.

– Значит, от дроу мы едем к Айку?

– Дда, – страдальчески произнес он, как будто у него разболелись все зубы разом.

Чувствуя облегчение, я погладила его по щеке, радуясь своей маленькой победе. Люциан прикрыл глаза, впитывая ласку, а потом повернул голову и быстро поцеловал мою ладонь, после чего подарил мне долгий взгляд. В следующее мгновение он склонился ко мне, чтобы бережно и нежно поцеловать. Он замер. Его губы легчайшим прикосновением касались моих, спрашивая разрешения и давая мне возможность отступить. Я же не знала, на что решиться. Не отстранялась, но и не прильнула к нему. По сути, это был наш первый поцелуй, когда он меня не принуждал. Я чувствовала притяжение между нами, но неожиданно испытала робость, как будто готовилась прыгнуть в омут с головой. Отбросив прочь сомнения, закрыла глаза и потянулась к нему.

– Ольга, – мучительно выдохнул он, и поцелуй наполнился огнем и голодом сдерживаемого желания. Все посторонние мысли вылетели из головы, оставив лишь ощущения его горячих губ, волнующего запаха, крепких объятий.