Еду в Магадан. Безумное путешествие из Петербурга до Крайнего Севера

До 20 лет во мне жил лишь внутренний ребенок, который с удовольствием раздавал всем взрослым людям в округе указку, по которой я шла по жизни. Минимум ответственности в городских буднях, исполнительные роли на работе – это было моей зоной комфорта, привычным существованием. И лишь одна сфера в тот момент была моей зоной ответственности, моим внутренним детищем, куда я никому не давала влезать. Бессознательно, но я все-таки контролировала и обожествляла ее. Это были мои одиночные путешествия по России.

Психологи давно раскрыли истину – чтобы выйти из состояния ребенка, в котором ты максимально увяз во взрослой жизни, необходимо постепенно брать бразды правления в свои руки в самых простых бытовых мелочах, постепенно присваивая себе ответственность за все происходящее в твоей жизни. Можно начать, например, с завтрака. Реши сам, какой фрукт или овощ особенно любишь. Готовь так, как диктует твое сердце, ешь той ложкой, которую сам усердно выбирал на каком-нибудь маркетплейсе, накрывай будничный стол эстетично или так, как хочется, и наслаждайся трапезой. Каждое свое привычное и обыденное действие делай максимально своим и так, как тебе комфортно. И будет тебе счастье. А с ним и взросление.

В 20 лет я об этом не думала, но подсознательно знала, что планирование путешествия и само путешествие, тем более одиночное – только мое государство, в которое никто не влезет и о котором я не расскажу никому, кроме дневника. Я буду охранять свой план как зеницу ока. Путешествие мое, и я его никому не отдам! Государство Натальи Корневой. Здесь буду править я.

Я отошла от окна и открыла любимый атлас автомобильных дорог России. С ним я прошла все путешествие через страну. Это было буквально вчера, но будто бы во сне. В чужой жизни. Рука машинально открыла нужную страницу. Вот здесь, среди пасмурной окраины Иркутска, я приняла рандомное решение поехать в Качугский район. Мой палец плавно пошел по дороге. Вот он, выезд из Иркутска. А вот здесь я проторчала несколько часов, ожидая машину на Баяндай. А вот тут впервые переночевала в тайге на берегу реки Лены и, кажется, уже тогда осознавала, что вернусь.

И я вернулась.

Прошло три года с моего первого одиночного путешествия по России. Мне исполнилось 23 года. И, несмотря на желание знакомых и близких друзей, чтобы я отправилась за границу, я каждое свое путешествие вновь и вновь возвращалась туда. В любимую Восточную Сибирь. И все годы мне безустанно снилось мое излюбленное место. Извилистые берега реки Лены, неспешный ритм ее течения, запах хвойного таежного леса. Предаваясь воспоминаниям, я даже лучше засыпала. Я помнила ту первую ночь, проведенную у Лены, до мелочей. Как пыталась самостоятельно разжечь костер, как встретила случайного рыбака, который накормил и помог с огнем, как я всю ночь ходила к реке и пила чистую холодную воду. А еще знакомство с местным писателем Александром Георгиевичем, который всю жизнь прожил на Лене и произнес в одну из наших встреч:

«Я видел Лену разной. Я видел Леночку совсем маленькой, где она зарождается. Здесь она словно ребенок, местами шумная, озорная, бежит так быстро, играючи меж камней. Я видел Лену девушкой. Она волнительно заплетает свои косы меж небольших островков и безумно красивых скал. Там Лена таинственная, притягательная, своенравная. И я видел взрослую Елену на якутской земле. В низовьях реки она величественна, широка, наполненная жизнью, течение ее, словно дыхание, размеренное, глубокое. Там она будто становится по-настоящему вольной, сильной и свободной».

Слушая писателя, я невольно загадала про себя увидеть Лену разной. Ведь за все эти три года я, маленькая Наташа, видела ее тогда лишь девочкой Леночкой. Но мне так хотелось прикоснуться к ее мощному течению и, кажется, даже мудрости.

«Я ведь повзрослела. Позволь мне, Россия, узнать величие реки Лены».

Часть 1 Истоки

Город на Неве

Пасмурное небо и слякоть питерских улиц встречали меня каждое утро по пути на работу. Это был конец марта. Скользкое время, скажу я вам. Во всех смыслах. Работала я тогда в районе Балтийского вокзала. Сочетание таких слов, как «март», «слякоть», «Балтийский вокзал», всегда приближало меня к состоянию героев из известного романа Достоевского в городе на Неве. Удручающее состояние, знаете ли. Наверное, вот она, одна из важнейших причин моих отчаянных странствий. Именно в этот период я начинала выстраивать планы на лето, и чем грандиознее они были в моем воображении, тем легче я переживала эту весеннюю эпоху под пасмурным куполом родного города.

В тот март у меня не было совершенно никаких планов на будущее. Я работала в скалолазном центре по графику два через два, по выходным танцевала в шоу-коллективе, три раза в неделю посещала курсы тележурналистики, была активистом одного патриотического движения. Я ставила себе небольшие цели и достигала их. Мне было нормально. Не хорошо, не плохо, а нормально. Именно так. Я делала абсолютно все, что мне нравилось, но было одно звено в этой городской цепочке событий, которое считалось недостающим.