Эффект недостигнутой цели

– Еще не решила, – хихикнула Лика, плотнее прижимаясь к нему. Тонкая курточка не очень-то спасала от промозглого холода. – А если серьезно, я имела в виду другое. Вы же к спорту имеете отношение, да?

– С чего вы взяли?

– Не от природы же у вас такие бицепсы?

Руслан обнял Лику за талию, с легкостью оторвал от земли, перенося через лужу, и аккуратно поставил на ноги.

– Когда это вы рассмотреть успели?

– Вы который вечер в баре отираетесь, глаза мне мозолите.

Руслан театрально склонил голову:

– Виновен. Исправлюсь.

– Не надо исправляться. Я уже к вам привыкла. Можете и дальше мозолить мне глаза, – великодушно разрешила Лика. – К слову, у нас в городе есть хорошая секция бокса. Может, вам туда наведаться? Будет чем занять вечера.

Руслан метнул на нее быстрый взгляд, пытаясь прочитать, что кроется за ее словами. За последние сутки ему уже дважды рекомендовали сходить в пресловутую секцию. Простое совпадение? Не то чтобы Бажин не верил в совпадения. Просто именно сейчас они казались маловероятными.

Оставшийся путь прошли молча. Руслан никак не мог расслабиться, а Лика, почувствовав его напряжение, предпочла не докапываться. У подъезда они попрощались. Металлическая дверь открылась и гулко захлопнулась за девушкой. Бажин постоял, сунув руки в карманы брюк, развернулся и быстро двинулся в сторону своего жилища.

Ночью ему снились кошмары.

* * *

Он выбрасывал кулаки с таким остервенением, что, казалось, еще минута, и прочные усиленные швы боксерского мешка разорвутся, как шелковые ниточки. Он вновь и вновь впечатывал в жесткую поверхность груши стертые костяшки, не замечая проступившую через бинты кровь. При каждом ударе рука отзывалась вспышкой боли, будто в ладонь вонзались тысячи мелких иголок. Но эта боль не злила, не раздражала, а помогала примириться со смертью друга. Если с таким вообще возможно примириться.

– Василий, полегче! – Пальцы тренера легли на его плечо и ощутимо пожали.

Прицеп не отреагировал и продолжил молотить грушу.

– Брейк, я сказал! – Иваныч рявкнул так, что шумный зал на мгновение затих. И Василий невольно подчинился. Остановился, посмотрел на тренера шальными глазами.

– Остынь, – повторил Сомов. – Посиди на скамейке.

Прицеп послушно кивнул и поплелся к лавке у стены. Сел, уперся локтями в колени и уронил в ладони лицо. Сердце бешено стучало, в ушах шумело. Он закрыл глаза и попытался представить, что ничего не случались. Димка по-прежнему жив, и все в порядке. Послезавтра они поедут в краевой центр, как и планировали, чтобы оторваться на полную катушку с теми двумя девчонками… А в субботу протестируют усложненную Иванычем полосу препятствий, не упустив возможность посоревноваться друг с другом в скорости. В прошлый раз Малыш его обогнал, и сейчас Василий намеревался уравнять счет.

– Вась, – раздался над ухом женский голосок. Сашка стояла рядом и взирала на него с нескрываемым сочувствием. – Ты в порядке?

Иллюзия, возникшая в воображении, лопнула мыльным пузырем. Никуда они с Малышом не поедут. И не побегут. Они больше никогда не сделают ничего вместе. Потому что он умер. Взял и умер.

– Нет. – Василий вскинул на девушку злой взгляд. – Я не в порядке! Но не надо лезть со своей жалостью, когда тебя не просят!

– Дурак ты, – мягко проговорила Сашка. – Все переживают за тебя. Если я могу чем-то помочь…

– Ты умеешь воскрешать мертвых? – Он саркастически скривился. – Нет? Тогда ты не можешь ничем помочь.

– Александра! – окликнул девушку Иваныч. – Будешь языком чесать или вернешься к тренировке?

Сашка помялась в нерешительности, явно желая сказать товарищу что-то ободряющее, но, так ничего и не придумав, вернулась в зал.

После гибели Малыша прошло чуть больше недели, слишком короткий срок, чтобы смириться с утратой. Они дружили с детства, вместе росли и взрослели. Никуда друг без друга. По малолетству каких только глупостей не делали. Однажды забрались на третий этаж и сиганули в огромную кучу листьев, собранных дворником. Ваське ничего – приземлился мягко, выбрался из кучи, отряхнулся. А Димка упал неудачно, сломал ногу. Какой это был класс? Шестой? Малыш две недели валялся в больнице, какой-то сложный был перелом. А Васька прогуливал уроки, чтобы каждый день навещать товарища. Учителя ставили неуды за неявку в школу, да разве его это волновало? Вместе потом писали пропущенные контрольные.

А однажды – лет пятнадцать им было? – шатались по городу. Поздняя весна, туристов уже полно. Возле центрального гастронома столкнулись с Елкой, так местного бомжа звали, потому что на нем вечно что-то висело: мусор, ветки, солома какая-то. Васька тогда возьми да скажи Малышу: «Сложно представить, каково это – быть бездомным». Димка тогда замер как вкопанный, глаза загорелись, видно, идея его посетила. Потом загадочно улыбнулся и сказал, что нужно срочно сгонять на родительскую дачу.

Такой дикий энтузиазм у друга проявлялся нечасто, так что Василий лишних вопросов не задавал, чтобы самому себе не испортить сюрприз. На даче Малыш зашел в сарай и начал копаться в ящиках, доставать оттуда старые шмотки. Тут-то все и стало понятно.