Эффект недостигнутой цели

Где-то между облезлыми кустами мелькнула фигура Сапера. Руслан невольно улыбнулся, вспомнив рассказанную Гариком историю. Праздновали у школьного кореша день рождения, а потом собрались на улицу, чтобы пускать салют. Именинник первым зашел в спальню, где лежали сваленные куртки, и наступил в кучу дерьма, оставленную любимой собакой прямо у двери. Все ржали тогда, как подорванные, а кто-то поблагодарил сапера за хорошую работу. Так и прилипло – Сапер.

Бажин обтер налипшую на кроссовки грязь о ствол дерева, огляделся, прикидывая направление.

Он бежал быстро, умело огибая топкие места, кое-где протискиваясь между растущими почти вплотную деревьями, перепрыгивая через торчащие из земли валуны. Организм приспособился, сбившееся вначале дыхание выровнялось, сердце билось учащенно, но без скачков. Он даже начал получать удовольствие: напряженные мышцы приятно ныли, мозг щедро выбрасывал в кровь эндорфины. То ли от монотонной нагрузки, то ли от пьянящего лесного воздуха, наполненного ароматами смолы и коры, он впал в некий полутранс, состояние, граничащее одновременно и с усталостью, и с восторгом. Руслану даже пришла в голову дикая, невероятная мысль, что его пребывание в городе будет не столь мучительным, как он подозревал.

Еще недавно мелькавшие повсюду красные тряпки теперь попадались все реже. Участники забега разбрелись кто куда, уже несколько минут Руслан передвигался в полном одиночестве. В лесу висела камерная тишина, отчего собственное дыхание звучало оглушительно громко. Повинуясь внутреннему чутью, Бажин остановился и огляделся по сторонам. Подозрения не подвели его. Он тщательно обследовал участок, но не обнаружил ни единого указателя. То ли кто-то специально снял красные тряпки, то ли он попросту сбился с курса.

Он мог бы вернуться назад, но подобная перспектива не привлекала. Пока не сдашься, всегда остается шанс победить. Руслан прошел немного вперед, отыскав просвет между деревьями, и посмотрел на небо. Ему нужно оказаться по ту сторону холма. Когда они стартовали, солнце светило впереди и слева. Он достал телефон, проверил время. Сейчас начало пятого, а значит, солнце находится примерно на юго-западе и постепенно движется на запад. Таким образом, следует сохранять его расположение по левую руку, но заметно ближе к середине. Он включил изображение механических часов и направил маленькую стрелку на солнце. Провел воображаемую прямую линию между солнцем и цифрой один, разделил угол напополам и выяснил, где юг. Финиш находится на западе, значит, Руслан движется в правильном направлении. Он слегка подкорректировал траекторию и рванул с места.

Вниз с уклона бежалось легче, пока на пути не возникла широкая просека, заваленная вырубленными деревьями. Обойти ее справа или слева не представлялось возможным – топкая почва уходила в глубь чащи на десятки метров. Тратить время на поиск более сухого прохода Руслан не хотел, темнеет сейчас в районе шести, нужно поторопиться и выбраться из леса до наступления сумерек.

Он пробирался сквозь стволы и сучья, то и дело норовившие распороть его надвое, перескакивал через пни, стараясь не раздражаться и не терять верного направления. Он почти перелез через бурелом, когда ветка под ним треснула и нога угодила в проем между корягами – Руслан едва успел схватиться за ствол и не рухнуть вниз, переломав все конечности. Он перевел дыхание и осторожно пошевелил застрявшей ногой. Стопа отозвалась несильной болью, ничего серьезного, скорее всего, легкий ушиб. Он присел, держась руками, и постарался передвинуть ногу немного в сторону. Где-то в глубине нагромождения стволов, переплетенных высохшим кустарником, раздался звонкий треск, и почти сразу же что-то острое кольнуло под колено.

Руслан громко выругался, чувствуя, как медленно скатывается вниз по скользкому стволу. Продолжая цепляться одной рукой, подыскал подходящий сук и поменял захват. Затем медленно повернул ногу, чтобы упершаяся под колено коряга не проткнула мышцу, и потянул вверх. Руки заныли от напряжения, он фактически висел на них, лишь упираясь мыском свободной ноги в ненадежную трухлявую опору. На секунду ему померещилось, что это город вспомнил о своей жертве и пустился в погоню: протянул щупальца далеко за границы асфальта, пробил скальные породы, расставил ловушки…

– … Ты не сопливая девка, ты мужик! Ты не должен распускать нюни! – грозный голос буравит барабанные перепонки, а глаза – самые страшные глаза на земле – глядят с разочарованием и угрозой. – Мне стыдно за тебя! Собирайся! Сейчас же!

Сердце стучит с такой силой, что больно в груди. И страшно. Как же страшно!

Широкая шершавая ладонь хватает его руку и дергает в сторону прихожей. Он понимает, что нужно надеть уличную обувь, но крепкие пальцы не отпускают, тащат его на лестничную клетку, через две ступени. Он падает, ударяется коленками, его подхватывают, едва не вывернув плечо, и продолжают волочить вниз по лестнице.