Ефим Славский. Атомный главком

Во-первых, Минсредмаш при Славском стал безусловно «урановым царством». Уже к началу 1960‐х в прошлое ушла былая урановая «нищета» сороковых, когда атомный металл на первые бомбы приходилось буквально «выскребать по сусекам» – из немногих бедных среднеазиатских месторождений, а основной объем добирать от совместных предприятий на рудниках «братских» соцстран. Ударными темпами разведанные на территории Союза отрядами и партиями Мингео совместно с ПГУ-МСМ урановые месторождения обрастали столь же ударно возводимыми горно-обогатительными и химическими комбинатами. Что вывело нашу страну к середине 1960‐х годов в лидеры по добыче уранового сырья среди стран соцлагеря и позволило приблизиться к США по этому показателю (как и по обогащению урана). Обогащенный уран и плутоний в зарядах бомб и боеголовок ракет вставал на боевое дежурство, складировался про запас, создавая ядерную мощь нашей страны.

Проект постановления Совета Министров СССР о разведке месторождений урановых руд в Министерстве среднего машиностроения.

[РГАНИ (Портал «История Росатома» http: // elib.biblioatom.ru)]

Поскольку ураносодержащие руды у нас были в основном полиметаллическими, одновременно решались вопросы с извлечением цветных и редкоземельных металлов с промышленной добычей золота и серебра.

Минсредмаш «аккумулировал» в свою систему технически отсталые, не выполнявшие план предприятия Минцветмета, которые с «атомной прививкой» превращались в передовые заводы и комбинаты, решавшие для страны сразу несколько задач.

Такими стали, например, Забайкальский горно-обогатительный комбинат в Читинской области, добывавший и обогащавший литиевые руды; Малышевское рудоуправление в Свердловской области, которое занималось бериллием, попутно добывая изумруды. Второе рождение получил цинковый завод № 10 Наркомата цветной металлургии в Усть-Каменогорске в Казахстане, который, перейдя в атомное ведомство и став Ульбинским металлургическим заводом, освоил выпуск уникальной продукции из урана, бериллия и тантала. Знаменитый комбинат № 6 в городе Чкаловске Северного Таджикистана, прозванный «Атомобадом», – первое урановое предприятие МСМ вобрало из Средазсовнархоза заводы по добыче и обогащению флюоритовых руд.

Отдельные самостоятельные рудоуправления и заводы, вливаясь под крышу могучего Министерства среднего машиностроения, превращались в многопрофильные комбинаты со своими городами. Иногда прямо с нуля. Как Целинный горно-химический комбинат и город Степногорск в Казахстане; Прикаспийский горно-металлургический комбинат и город Шевченко; Навоийский горно-металлургический комбинат и город Навои. А также рудоуправленине № 10, породившее «с чистого листа» город Лермонтов – самый молодой город Кавминвод в Ставрополье.

Другие средмашевские комбинаты превращали маленькие поселки в полноценные благоустроенные города. Так, заштатный поселок Желтая Река в Днепропетровской области благодаря Восточному ГОКу, разрабатывавшему уран, превратился в комфортабельный город с развитой инфраструктурой. Комбинат № 11 в высокогорном районе Тянь-Шаня стал Киргизским горнорудным комбинатом (КГРК), где кроме добычи и очистки урана было освоено производство молибдена, рения, вольфрама, олова, серебра, барита, аффинированного золота. И это сделало тамошний городок Кара-Балта промышленным и культурным центром Чуйской области республики. А кроме того, КГРК «породил» образцовый зеленый поселок для работников комбината Кош-Тегирмен («почтовый ящик Фрунзе-33») и множество удобных рабочих поселений поменьше.

В иных случаях уже существовавшие рядом с рудниками рабочие поселки, куда приходили атомщики и строили там ГОКи, хотя и не обретали статуса города, но совершенно преображались, одеваясь в сады, обрастая мостами, школами, кинотеатрами, домами культуры. Как это произошло с поселком Первомайский в Шилкинском районе Забайкальского края – на старых, еще дореволюционных оловянных рудниках. Его лицо разительно изменило рудоуправление № 16 МСМ, ставшее позже Забайкальским горно-обогатительным комбинатом.

Вновь создаваемые, а то и старые рудоуправления развивались динамично. Славский поставил дело так, что они обрастали параллельными производствами, которые потом, по мере истощения собственно урановых залежей, становились порой главными. Тогда не в ходу было модное ныне слово «диверсификация», но это была она.

Второе дыхание давали иногда открытие и разработка новых месторождений урана в ближайших окрестностях. Комбинаты и ГОКи разрастались «корнями» и «кронами» на много лет вперед, определяя будущее районов, областей и целых республик.