Египет. История страны

Беи также отвечали за экономику, они получали откуп, сражались за привилегию «снимать сливки» с того или иного района. Чиновники и обнищавшие гарнизонные командиры надеялись повысить свое нищенское жалованье за счет подобных прибылей. Введение системы откупов по всей империи служило признаком упадка; в Египте, несомненно, эта система ослабляла имперскую власть, однако отвечала местным интересам. Более того, конфликты между беями и прочими, кто притязал на откуп, продолжались вплоть до крушения империи. Мало-помалу представители Константинополя, не в последнюю очередь сам паша, оказывались во все большей изоляции, теряли реальную власть, их политическое выживание зависело от способности играть на противоречиях сторон.

В 1623 году беи и гарнизонные командиры отказались принять назначенного наместника провинции, а в 1631 году низложили главу региона с официального одобрения султана. Так был создан прецедент устранения неугодного паши, и беи с завидной регулярностью стали к нему обращаться, сделавшись истинными властителями Египта; пока они признавали власть султана и исправно посылали в Константинополь налоги, а войска получали все необходимое, османские правители не вмешивались во внутренние дела провинции.

Междоусобная борьба: Фикарис, Хасим и янычары

Интригующие группировки стали настоящим бедствием для мамлюкских правителей, теперь та же напасть поразила беев. На протяжении столетия, начиная с 1630-х годов, Египет разрывала на части яростная вражда между беями двух основных домов — Фикарис и Хасим. Точное происхождение этих родов неизвестно, они могли унаследовать племенное соперничество из Йемена, которое перенесли на представителей оттоманской (Фикари) и не оттоманской (Хасими) группировок внутри мамлюкской военной элиты. Очевидно, эти фракции разделяли не только солдат, но также каирских ремесленников, живущих вне городов бедуинов и другие слои египетского общества.

С 1631 по 1656 год клан Фикарис занимал привилегированное положение благодаря усилиям своего бессменного лидера Ридван-бея, который пережил бунты и попытки султана и наместников его сместить. Смерть Ридвана дала шанс клану Хасим, который получил поддержку отчаявшегося центрального правительства. За резней лидеров Фикарис в 1660 году последовала два года спустя серия убийств предводителей группировки Хасим, после чего наступило временное затишье.

Командиры подразделения янычар, элиты оттоманской пехоты, представители самого многочисленного, богатого и влиятельного подразделения гарнизонных войск заполнили вакуум власти в XVII веке. Со временем янычары установили связь с иноземными торговцами кофе и прибрали к рукам часть наиболее доходных откупов провинции; они также управляли таможнями во многих египетских портах. Однако в отсутствии единого сильного лидера конфликты продолжались не только между кланами Фикарис и Хасим, но и между более высокопоставленными и рядовыми янычарами.

В 1711 году одновременно вспыхнули мятежи внутри подразделения янычар и в группировке Фикарис, конфликты быстро переросли в небольшую гражданскую войну, в которой смешались самые разнообразные интересы и противоречия. Война выплеснулась на улицы Каира, Цитадель обстреливали из артиллерии, так что ночью было светло, как днем. Хасим получил подкрепление Азабов, второго по численности гарнизонного войска, и этому клану удалось выиграть, но любая группировка, претендовавшая на власть, немедленно подвергалась атакам со стороны остальных, и лидеров убивали снова и снова. Ситуация изменилась в 1730 году, когда произошел новый взрыв вражды, и надежды клана Хасим на власть на время сбылись. Шесть лет спустя их противники из клана Фикарис попали в ловушку, организованную пашой, и лишились десяти видных эмиров. К тому времени борьба истощила обе стороны, открыв путь наверх новому участнику игры — дому Каздаглы, который вел происхождение от янычар.

Дом Каздаглы

Дом Каздаглы господствовал в Египте вплоть до начала XIX века, когда Мухаммед Али покончил с мамлюкской системой. В середине XVIII века попытка взять всю провинцию под централизованный контроль одного бея, получившего титул шейх аль-балад — «глава города», позволила установить относительную стабильность и возобновить коммерцию после долгих лет насилия и междоусобиц, подорвавших моральные основы общества, истощивших ресурсы и экономику. Торговля кофе с Европой, в особенности с Францией, стремительно нарастала, колебания валюты прекратились, миновали и изнурительные вспышки чумы.