Энергия жизни. Как изменить метаболизм и сохранить здоровье

Почему это важно? Когда мы сокращаем мышцы, нам требуется больше АТФ для получения энергии, а значит, мы расщепляем его из аденозинтрифосфата в АДФ (или аденозиндифосфат), высвобождая фосфат. Когда этот концевой фосфат отщепляется, энергия химической связи либо используется для подпитки клеточной деятельности (например, мышечных сокращений), либо рассеивается в виде тепла. Чем больше мы производим и используем АТФ, тем больше тепла вырабатываем, поэтому люди с большой мышечной массой обычно выделяют больше тепла в исходном состоянии. Некоторые исследования показали, что тренировки могут повышать исходную температуру тела. Вызывает беспокойство тот факт, что, согласно исследованиям Стэнфорда, температура нашего тела в среднем снизилась почти на 2 % с доиндустриальных времен, что означает снижение скорости метаболизма. Меня беспокоит, что наша температура как вида постоянно снижается. Тепло – это показатель нашей жизненной силы, нашей митохондриальной функции, нашего двигателя, нашей хорошей энергии, нашего ян, нашего света, и он снижается, потому что мы сидим. Вы можете разжечь свой внутренний огонь, просто больше двигаясь (и наращивая мышцы).

Маркетинг превыше науки

Как массовая путаница в вопросе правильного питания, так и коллективные заблуждения относительно «правильной» формы движения и упражнений могут парализовать потребителей, тем самым подпитывая глобальную фитнес-экономику стоимостью 800 миллиардов долларов, которая заставляет нас постоянно сомневаться в своей стратегии. Я думаю, что это порождает у обычного человека недостаток уверенности в себе и вредит более масштабной миссии – заставить нас быть более активными. Соединенные Штаты в целом являются крупнейшим потребителем фитнес-услуг, однако здоровье нашего населения ухудшается с каждым годом. За последние 10 лет было опубликовано почти 300 тысяч научных исследований, посвященных физическим упражнениям, однако мы никогда не были толще и не вели более сидячий образ жизни, чем сейчас. Мы отказываемся от здравого смысла и ждем «доказательств». Лучшие специалисты страны обсуждают нюансы подсчета продолжительности занятий и наиболее подходящее время суток для тренировочной зоны 2[16] и высокоинтенсивных интервальных тренировок (HIIT), пороговые значения уровня лактата, сравнивают эксцентрические и концентрические движения. Но только 28 % американцев выполняют основные рекомендации по физической активности. Вся эта информация интересна, но давайте не будем игнорировать лес за деревьями: в Америке не наблюдается эпидемии чрезмерных физических нагрузок.

Реальность такова: все виды физической активности благоприятно влияют на метаболическое здоровье и снижают риск метаболических заболеваний. В больших популяциях при одинаковых общих энергозатратах риск развития диабета 2-го типа у людей, которые занимаются ходьбой (относительно низкой интенсивности), и тех, кто активно занимается спортом (относительно высокой интенсивности), снижается в сопоставимой степени.

Простое прохождение около 10 000 шагов в день снижает риски (по сравнению с меньшим количеством):

• деменции – на 50 %;

• преждевременной смерти – на 50–70 %;

• заболеть диабетом 2-го типа – на 44 %;

• ожирения – на 31 % (или более);

• а также заболеваемости раком, глубокой депрессией, желудочным рефлюксом и апноэ во сне.

Ни одно лекарство или операция не могут сделать для профилактики хронических заболеваний того, что может сделать ходьба по 10 000 шагов в день. Несмотря на это, врачи редко назначают пациентам физические упражнения. Если бы лекарство могло снизить риск развития болезни Альцгеймера на 50 %, о нем бы писали на первых полосах газет и прописывали каждому пациенту. Но такое «лекарство» существует – это ходьба! При этом менее 16 % врачей назначают своим пациентам движение, а 85 % практикующих врачей сообщают о том, что они не обучались назначению физических упражнений.

Даже когда научные данные о пользе движения очевидны, медицинская система не использует их.