Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси

Европейское единство, представляющееся ныне либо желаемым идеалом, либо — само собой разумеющейся данностью, в историческом прошлом реально сформировалось лишь тысячу лет тому назад, и не последним, но очень значимым звеном в этом процессе было Крещение Руси в 988 году (Тысячелетие Крещения, торжественно отмеченное на исходе советской эпохи в 1988 году, было по-своему столь же значимым историческим рубежом). Становление этого единства и тысячу лет тому назад, и сейчас означало преодоление предыдущего разделения: как в XX веке — на «социалистический лагерь» и «свободный мир», так с І по X век — наследованное от античности деление, в финальной редакции, на христианско-эллинистический и латинизированный мир Римской империи (и ее каролингских и византийских правопреемников) и языческий «Барбарикум».

«Эпоха викингов» представляла собою последний коллапс этого разделения. «Язычники Севера», норманны, обрушились на историческую арену Европы не менее грозно, чем гунны и готы, сокрушившие собственно Римскую державу (но отнюдь не Римский мир, Pax Romanorum европейского христианства). Однако сходили с этой арены, на исходе эпохи викингов, крещеные скандинавы, организованные в первые на Севере государства «христианских королей». И в становлении христианской Европы рядом с величественными фигурами киевских князей Владимира Святого и Ярослава Мудрого по праву стоит их современник и родич, конунг и креститель Норвегии, Олав Святой (годы правления 1015–1030), со времен своей мученической гибели и посмертного прославления — небесный патрон Скандинавских стран.

«Миллениум христианства» в Европе, по сути дела, разворачивающийся, как и во всем христианском мире, с 2000 по 2033 гг. (точного хронологического соответствия Событиям Евангелия), должен включить и эти даты североевропейской и русской истории, отмечая их юбилеи с 1988 по 2030 гг., ибо именно эту тысячу лет тому назад, завершением Крещения Востока и Севера, со времен Владимира Святого и Олава Святого, христианскими стали, по существу, все современные европейские страны. Именно так впервые Европа стала Европой, но именно в этой Европе тысячелетней давности впервые Русью стала — Русь.

Вывод этот, завершавший первое издание данной монографии в 1985 году, подтвердил свою актуальность всем ходом последующих событий XX и первых лет XXI века. Следовательно, прошлое способно и в нашу эпоху дать действенные уроки и наставления настоящему. И если так, то и в наши дни historia magistra vitae est, «история — наставница жизни», а потому и автор может надеяться на заинтересованного и благосклонного читателя.

Введение

«Эпохой викингов» в Скандинавских странах (Швеции, Норвегии, Дании) называют период, охватывающий IX, X и первую половину XI столетия. Время воинственных и дерзких дружин отважных морских воинов-викингов, первых скандинавских королей-конунгов, древнейших дошедших до нас североевропейских эпических песен и сказаний, эпоха викингов открывает начало письменной истории этих стран и народов.

Что же происходило в эту эпоху и что составляло ее историческое, социально-экономическое содержание? Эти вопросы являются предметом острых дискуссий. Одни историки склонны видеть в походах викингов едва ли не государственные акции, подобные позднейшим крестовым походам, или, во всяком случае, военную экспансию феодальной знати. Но тогда остается загадочным ее чуть ли не мгновенное прекращение, и как раз накануне западноевропейских крестовых походов на Восток, от которых немецкие, а за ними — датские и шведские рыцари перешли к крестоносной агрессии в Прибалтике. Следует заметить, что походы этих рыцарей и по форме, и по масштабам мало общего имеют с набегами викингов. Другие исследователи видят в этих набегах продолжение «варварской» экспансии, сокрушившей Римскую империю. Однако становится необъяснимым трехсотлетний разрыв между Великим переселением народов, охватившим в V–VI вв. весь европейский континент, и эпохой викингов.

Прежде чем ответить на вопрос — что такое походы викингов, мы должны ясно представить себе скандинавское общество в IX–XI вв., уровень его развития, внутреннюю структуру, материальные и политические ресурсы.