Эсэсовский легион Гитлера. Откровения с петлей на шее

Мы быстренько прикинули: Тифлис к Рождеству, Вавилон весной! На берегах священных рек Тигр и Евфрат мы встретимся с Африканским корпусом маршала Роммеля, который перейдет Суэцкий канал! Война закончится в колыбели человеческой цивилизации!

Чтобы отпраздновать 15 августа (Вознесение господне), была дана команда раздать войскам местное вино из расчета 4 литра на человека. В общем, выпивка лилась рекой. Это был алкоголь, перегнанный из плодов терновника, он имел ужасный запах. Тем не менее празднование прошло успешно. Пьянка закончилась только под утро.

Затем, как ни странно, 97-я дивизия и Валлонский легион двинулись дальше. Огромные Кавказские горы свысока поглядывали на нас, сначала сине-черные, затем белые и розовые, но все равно такие же высокие. Сухуми, его пляжи и пальмы! Тифлис и его дома, прилепившиеся к склонам гор! Глубокие озера Азербайджана! Огромные поля горячего песка Персидского залива! Наши глаза сверкали при мысли о том, что нас ждет!

Мы прибыли к большой зеленой реке, которая текла под обломками взорванного моста. Один солдат двинулся вперед, чтобы перебросить доску. С другого берега хлопнул винтовочный выстрел, и солдат свалился в реку.

Второй попытался сделать то же самое. Затем третий. Все они были убиты.

Горы все еще находились в 20 километрах дальше, но теперь Кавказ предупреждал нас.

Мы промчались на юг 1150 километров. Мы верили, что победили всех. Три тела, подскакивающие в бурном потоке, внезапно доказали, что война с Россией вовсе не закончилась. Она только начинается.

Ловушка

Верховное командование ожидало, что войска, наступающие на Кавказ, не встретят никаких трудностей. Каждой дивизии был выделен совершенно фантастический район операций. 97-я дивизия, которой мы были подчинены, должна была силами двух полков и Валлонского легиона захватить территорию в два раза больше Бельгии! Нам предстояло пересечь горы высотой 3200 метров и дубовые леса, которые тянулись на 200 километров.

Один из полков наступал прямо на запад в направлении Туапсе. Другой, полк Отте, к которому мы были приданы, наступал сквозь лес, чтобы выйти к Адлеру на побережье Черного моря. Командир дивизии отважно разместился между этими двумя колоннами, которые расходились все больше и больше. Его прикрывала только штабная рота, солдаты которой лучше умели обращаться с карандашами и ластиками, чем с пулеметами и гранатами.

Передвигаясь бросками, батальоны сменяли друг друга. В момент падения Майкопа мы находились в передовом охранении, но в первые дни наступления в горах должны были действовать в качестве тылового прикрытия.

Мы захватили врасплох некоторое количество большевиков, которые возвращались в ярмарочный городок. Нас вызвали на помощь крестьяне, и красные были быстро уничтожены.

18 августа мы атаковали деревню, которая находилась в 500 метрах выше нас, где укрепился противник. Две наши роты тихо поднялись на высоту и бросились врукопашную. Красные почти не сопротивлялись. Они вскоре бежали, бросив все свое оружие.

Все шло хорошо.

Проявив незаурядную отвагу, полк Отте за три дня прошел более 150 километров через джунгли, горы и ущелья. Новости поступали превосходные. Авангард находился всего в 3 километрах от дороги, ведущей к Черному морю. Потрясающе!

Страхи первого дня улетучились. Настал наш черед идти на фронт. Еще одна неделя, и мы будем на пороге Грузии!

Все переменилось в один вечер.

Наш полк углубился в горы и приближался к своей цели. Однако в тылу, в десятках километров позади наступавших подразделений, противник неожиданно перерезал дорогу.

Укрывшись в зарослях, красные пропустили наши 2000 человек, а потом затянули сеть. Они прятались буквально в каждом овраге. Пытаясь отойти назад, полк натыкался на одну засаду за другой. В воздухе запахло катастрофой.

В центре штабная рота, которая сопровождала генерала Руппа и двигалась без охранения в нескольких десятках километров от обоих полков, тоже была отрезана. Несколько часов генерал сидел в осаде в деревне Ширванская. Старые ординарцы, секретари, ветеринары, сержанты интендантской службы сражались, как могли. Но подходы к деревне были в руках красных.

Русские также контролировали дорогу, ведущую от Ширванской в тыл. Там они серьезно укрепились на важнейших перекрестках.

Мы получили по радио срочный приказ идти на выручку. Нам предстояло за одну ночь пройти 20 километров по горам, а потом схватиться с противником, который устроил множество засад, и освободить командира дивизии из Ширванской.

Ночь была темной, как чернила. В небе ни единой звездочки. Уже через час стало понятно, что дальше двигаться не получится. Один из наших солдат получил рану в спину, а несколько лошадей свалились в пропасть глубиной несколько сот метров.

***

Рано утром мы возобновили марш. На рассвете стало видно, что над горами висят огромные угрожающие тучи. Мы перебрались через очень красочное ущелье, а затем вошли в лес огромных дубов. Некоторые деревья были недавно спилены и лежали поперек дороги. Мы двигались, держа пальцы на спусковых крючках.