Ещё один человек

Наплевав на тонкости приготовления, решил, что шашлык готов. Теплое – сырым не бывает. Сожру, и так слюни текут, а глаза закрываются. Даже лень было идти наверх, в дом. Так и сидя под снегом, схомячил мясо, заедая кетчупом и запивая лимонадом. Потом, уже полубессознательно, запер-проверил все, загнал в дом животин и вырубился, дрожа под холодным одеялом.

8.

Проснулся скоро. От холода. Одеяло нихрена не грело, да и не одеяло-то и было. Долго решался, дрожа и сворачиваясь в калачик, а потом все же встал, и потащился топить печь. Притащил из мастерской заготовленные, должно быть, для буллерьяна, какие-то чурки и обрезки, зачерпнул отработки. На улице было морозно, луна подсвечивала все… было тихо и очень спокойно. Ага, как на кладбище. Большом таком кладбище… Как будто, чтобы не впал в полное уныние – в стороне где-то грохнул выстрел. И словно в поддержке – от виадука, где стояли военные, донеслись пара коротких очередей. Знать бы еще, кто в кого стреляет… Плюнул, и пошел топить печь.

Иллюзий особо не питал – печь прогреется не быстро… но выхода нет, замерзать не хочется. Раскочегарил, заложил полную топку и поплелся наверх. Выгнал животных и закрыл двери в «холодную» половину – так быстрее согреется. Потом нарыл в вещах спальник, и завернувшись, устроился сидя на диване. Сразу стало теплее. Не то чтобы тепло, нет. Я не согрелся, просто я больше не мерз. Заснуть или даже задремать не получилось. Печка нагревалась медленно, но постепенно от заштукатуренного щитка пошел запах нагретой известки, стенка стала чуть теплой… Я сидел и думал… много думал. Как мне удалось уцелеть? Почему я еще жив? Ведь – большинство уже умерли. Точнее – уже умерли и ожили. Погибли. А я выжил. Почему? Что во мне такого? Конечно, очень хотелось почувствовать себя супергероем. Но… но – не хотелось. Потому что не нифига не супер. И не герой. Я, как ни крути – самый обычный. Хотя, да – ДО я вполне считал себя Йаркой Личностью. Вот, выдался случай проявить Йаркость. Надо сказать, каждый раз, как я пытался ее проявить – кончалось плохо. Так что яркость моя тут не при чем, скорее наоборот… да и была ли яркость? Смотря назад, как-то все яснее и обиднее понимаю – а ничего же не было. Самый обычный я… даже чуть хуже многих. Например, тех, кто в армии служил и с оружием обращаться умеет. Или спортом регулярно занимается. Или… или много еще чего. Я ведь, если прикинуть, ничего такого, особо полезного-то и не умею. Ничего выдающегося. Что могло бы быть причиной того, что я уцелел. Я такой же, как все.

Тогда – что же меня спасло? Ведь тысячи и сотни тысяч, таких же как и я, самых обычных – уже бродят живыми трупами по улицам. А я – греюсь у печки. (снова хрустнула ледышка в грудине – не только такие как ты, но и многие получше тебя бродят голодной нежитью…) Почему же?

Наверное, прежде всего – повезло. Да, вот так. Если бы не повезло – сожрали бы. И много кому – просто не повезло. Они тоже могли бы, они тоже были не хуже… но – не повезло. А мне повезло. Я тут не при чем… но если бы не повезло – меня бы уже не было.

А во вторых… во-вторых, все же… Все же есть чем гордится. Есть.

А я, – упрямый.

Я, сука, не сдаюсь. Правда, последние годы я все больше пытался халявить и расслабляться… но когда прижимает – я все же умею стиснуть зубы и держаться. И если я упрусь – хрен меня что сдвинет. Хоть убивай.

Вот и теперь – я этим тварям не дам себя убить… хоть убей. Гыыы…

И еще – я последние дни не жалею себя. Ну ни капельки – выкладываясь процентов на девяносто, не меньше. А вот те, кто сдался, кто отработал на меньше процентов – им или очень, очень повезло, гораздо больше чем мне… или их уже нет. Но первого «или» у меня нет, а второе – фиг.

Ну и еще я все же не дурак. Умом и сообразительностью не блещу, но… извечная тяга к халяве, что ли, сделала свое дело – я стараюсь вывернуться, и не только непривычно напрягая тело и дух, но и привычно напрягая… «соображалку».

В общем – не хуже многих, а значит… Значит, шансы есть!

Я «из прынцыпа» выживу, вам всем назло, суки дохлые. Заебетесь меня убивать. Я выживу, обустроюсь, и потом…

Мысль повисла в воздухе. Решимость закончилась, как горючее в самолете. Что «потом»? Ладно, представим, выжил я (что значит представим: Выживу – хорохорилось что-то внутри) – а что «потом»? Для чего все это – и как жить дальше?

Печка во всю прогрелась, от стенки шло приятное тепло… Дальше? Ну, дальше… всплыла фраза из какой-то книжки «А об этом я подумаю завтра…»

Вот именно… завтра…