«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели

Что еще? Видел и слышал о нескольких переделках этого робота в полевых условиях. То блоки ракет большой дальности вместо пушек поставят, то в руки тяжелые пушки прилепят с приличным боекомплектом в корпусе, то одну пушку вообще уберут, а на освободившееся место холодильники поставят. А то вообще вместо спарки импульсные пушки установят. Систему наведения часто меняют. Ставят такую, чтобы улучшить работу по поверхности в ущерб работе по воздуху. Так, с ходу вроде бы все.

— Спасибо, вы нам очень помогли. Вы свободны, вас проводят.

Солнечная система. Планета Земля. СССР. Где-то под Москвой. 15 апреля 1978 года. 13 часов 10 минут

Невдалеке от входа, окруженные монтажными лесами, возвышались странные человекообразные исполины. Только опытные пилоты и техники с первого взгляда опознали бы в них роботов. Здесь с гигантских металлических обрубков снимали уцелевшие части, системы вооружения и электронные блоки, а порой и части верхних и нижних конечностей.

Звонкий гул от удара металла о металл наполнил импровизированный цех, расположившийся в просторном каменном строении. Необычный монотонный шум закладывал уши. Правда, работающим здесь людям было уже все равно. Работа сводной команды не прекращалась почти сутки, все манипуляции проводились возле единственного ремонтного стенда.

В объятьях единственного крана застыл «Сапсан». Активатор на поврежденной руке уже заменили. Одновременно маляры накладывали из пульверизаторов краску на белоснежные металлические поверхности. Местные техники под руководством выживших пришельцев с помощью особых ухищрений и растворителей убирали предохраняющий гель из моторных и ходовых частей. Запах стоял специфический…

У ног робота собралась небольшая группа людей. Стоявший внизу человек орал во все горло, пытаясь перекричать шум работы автоматики.

— Долго еще? — прокричал человек.

В ответ раздался свист стравливаемого троса и негромкий удар ботинок о бетон.

— Нет, сэр, здесь почти все. Не более восьми часов.

— Сколько? — Не поверил военный, глянув на девушку.

— Вы же сами просили побыстрее закончить.

— Да, просил, но не пора ли сделать перерыв?

— К сожалению, сэр, прерывать монтаж псевдомышц надолго нельзя, иначе завтра операцию придется начинать сначала. Извините, но я должна закончить работу. Если все пройдет гладко, то через пару часов можно будет прерваться.

Не дожидаясь ответа, девушка нажала кнопку, расположенную на поясе, и натянутый трос вознес ее вверх…

Работая посменно, несколько десятков техников постепенно разбирали доставшиеся подарки. Все находящиеся в цехе роботы были изрядно помяты, у некоторых виднелись рваные раны и отсутствовали различные части. Ремонтные бригады под руководством молодой девушки, затянутой в странный костюм и говорящей с сильным акцентом, развили бурную деятельность, чтобы снова ввести в строй некоторых из них.

Ремонт и восстановление шли по принципу каннибализации наиболее поврежденных собратьев. Запчасти аккуратно снимали с роботов, пострадавших в недавних стычках. Исключение составлял только «Сапсан» — на него пошли запасные части, распакованные из массивных ящиков.

Внезапно один из блоков, подаваемых на монтажную площадку, рухнул на бетонный пол, подняв тучу пыли и бетонной крошки. Всех, кто был поблизости, словно ветром сдуло. Начала сказываться усталость и малочисленность опытных рабочих. Однако все шло достаточно хорошо, и к рассвету все-таки удалось закончить большинство запланированных манипуляций…

Солнечная система. Орбита планеты Земля. Кают-компания джампера «Пепеладз». 18 апреля 1978 года. 16 часов 30 минут

Человек отложил прочитанные документы обратно в папку и, крякнув, встал из мягкого кресла.

Обдумывая ситуацию, он, похмыкивая и бормоча под нос, ходил по небольшому залу. Не обращая внимания на сидящую в соседнем кресле молодую женщину, которая, впрочем, понимала причину его поведения. Порой он еле слышно чертыхался.

Пришедшие в голову мысли, мягко говоря, не радовали. Узнать, что после твоей смерти страна, которой отдано так много сил и здоровья, почти сразу покатилась к позорному концу, было не слишком приятно. Но человек, в той истории умерший полной развалиной, не собирался повторять описанный в сухих строчках документов путь. По крайней мере, попытаться стоило. Хотя бы ради тех, кто вкалывал на стройках индустриализации и умирал на полях сражений Великой Отечественной. Уж он-то помнил, как тогда было. Уже с трудом, но помнил.

Значит, «пятилетка пышных похорон»? Циничное, но точное название. И кризис идей в сочетании с неспособностью пришедших к власти зубастых сопляков действовать своим умом, а не готовым переносом рецептов Запада. Привлекательных своей внешней легкостью и простотой, но являющихся плодом совсем других культур и менталитетов. И поэтому сработавших совсем не так, как хотелось радостно ухватившимся за них придуркам.

Идиоты!