Если бы наши тела могли говорить. Руководство по эксплуатации и обслуживанию человеческого тела

Подобное поведение со стороны мужчин, пожалуй, отрезвляет больше, чем сами трупы. И оно безусловно соответствует основной идее фон Хагенса, который называет себя «социалистом от медицины». Он убежден, что медицинская информация должна быть общедоступной: если человек решает взять в руки сигарету, он должен быть хорошо осведомлен о том, как выглядит почерневшее, некротизированное, эмфизематозное легкое, которое обычно можно увидеть лишь в медицинских учебниках или в морге. Внутри «Мира тела» мы можем увидеть и изучить наши органы и задуматься о бренности тела, пусть даже всего на пару часов, во время одного пятничного свидания. Развешенные по всей выставке плакаты типа цитаты из Халиля Джебрана «Ваше тело – арфа вашей души» настоятельно побуждают нас к самосозерцанию.

Не думаю, что в этой фразе есть какой-то смысл, а вот в философии фон Хагенса – есть. Доступность медицинской информации для общества давно стала нормой и за стенами его выставки. Прошлый мир, в котором врачи были единственными хранителями медицинских знаний и чья работа заключалась главным образом в выдаче инструкций, предписаний и назначений, исчез. Многих из нас буквально накрыла волна информации, и мы не всегда знаем, что с ней делать.

Поиски в интернете вряд ли могут помочь в решении проблем, связанных со здоровьем. В основном там можно найти дискуссии анонимных пользователей, обсуждающих любые вопросы, в том числе и сложнейшую и серьезнейшую проблему, связанную с контактными линзами. Может ли она просочиться из глаза в мозг и повредить его? А что, если она спустится вниз по позвоночнику и попадет в мой ботинок? Я смогу потом ее носить? И даже когда вы находите ресурс о здоровье, который, как вам кажется, заслуживает доверия, всегда появится сторонник теории заговора, который, призвав на помощь фрагментарную логику, рьяно начнет предупреждать всех о том, что этому источнику верить нельзя. Обычно это парень с Reddit под ником Gene. Он лично потерял так 500 контактных линз (все они попали в мозг, и их пришлось удалять хирургическим путем). На его рабочем столе стоит банка, где хранятся все извлеченные из его мозга линзы.

Хотя контактные линзы не могут попасть в мозг, в редких случаях они могут оказаться в мешке под верхним веком. Как и любой другой посторонний предмет, застрявший в теле, линза способна стать источником инфекции. Скопившийся вокруг нее гной стекает в синусные пазухи и оттуда попадает в глотку. Со мной именно это и случилось. Я-то думал, что линза незаметно выпала, но не тут-то было. Шесть дней спустя она вышла наружу, но к этому времени я уже заболел.

Так что, если ваша контактная линза застряла и вы никак не можете ее вынуть, обратитесь к врачу. (Я надеюсь, что все прочли мой ответ целиком, а не только его первую часть.)

* * *

В Стэнфордском университете сухопарый профессор в очках по имени Роберт Проктор ведет курс «История незнания». Если бы он придерживался мнения, что невежество – это просто отсутствие знаний, которое «лечится» с помощью обучения и усвоения фактов, его курс был бы довольно скучным. Но Проктор считает, что невежество является продуктом активного культивирования. Оно распространяется через слухи и

рекламу, причем намного быстрее и проще, чем знания.

В противовес эпистемологии – науке о знании – изучение невежества Проктор назвал агнотологией. Это слово еще не внесли в Оксфордский словарь английского языка, хотя оно и имеет прямое отношение к последнему Слову года ☺[1]

В 1977 г. молодой и наивный Роберт покинул отчий дом в Индиане, чтобы получить степень по истории науки в Гарвардском университете. Во время обучения его «смутило и озадачило», что местных преподавателей совершенно не интересует, «как мыслят обычные люди». Роберту это показалось отчасти проявлением элитизма, а в остальном он винил мрачное ощущение бесполезности всех усилий. «В то время половина населения страны все еще считала, что возраст планеты Земля составляет 6000 лет», – вспоминает профессор. Это меньше примерно на 4,5 миллиарда. Но гораздо больше, чем само невежество обывателей, Проктора удивляло полное равнодушие к этому факту его коллег из академической среды. Поэтому он решил, что кому-то следует взяться за изучение того, «что люди не знают и почему они этого не знают».

Классическим примером намеренного распространения невежества являются действия представителей табачной индустрии. С тех пор как в 1960-х гг. прошлого века было однозначно доказано, что курение вызывает рак легких, они стали пытаться подорвать веру общественности в научные исследования в целом. Раз опровергнуть конкретные факты о сигаретах не получилось, можно настроить общественное мнение против знаний как таковых. Действительно, возможно ли вообще что-либо знать наверняка?