Эта безумная, безумная любовь (СИ)

— Кажется, мне не очень хорошо, — прошептала Инисара, прикрыв глаза. Суть Хаоса едва заметным движением пересёк комнату и осторожно дотронулся до щеки девушки. Та открыла глаза, и мужчины отпрянули. Малиновый цвет глаз сменился на обычный серый.

— Видел я такое пару раз, — задумчиво произнёс Хаос, осторожно проводя по белоснежным волосам девушки. — Пару тысяч лет назад был один бог. Тоже из Дома Хаоса. И к тому же ещё и с незаблокированной силой Жизни.

— И? — вроде как не сильно заинтересованно спросил Аракс, сосредоточенно прислушиваясь к несколько поверхностному дыханию сестры. Инис же продолжала молчать, сосредоточенно вслушиваясь в голос Хаоса, одновременно игнорируя голоса в голове.

— И ничего. Когда вот так же выцвел, выяснил, что и без сил абсолютно можно прожить. Правда, недолго и не совсем счастливо.

— Так ты хочешь сказать…

— Ты гляди, какой красавчик. Так бы и съела! — томно мурлыкал женский голос.

— Да ты что, он же из Хаоса. А вот второй… — возражал несколько визгливый мужской.

— А второй чистый Хаос, — предупредил женский.

— Вот сейчас замолчите оба! — вклинился третий голос, подозрительно похожий на голос самой Инисары.

— Замолчите, — пробормотала Инис. Мужчины уставились на юную богиню, и та поморщилась. — Я не вам, а этим, в голове!

Аракс покачал головой. Чем дальше, тем больше его сестра сходила с ума. Знать бы, как прекратить это безумие.

— А безумие прогрессирует, да? — участливо поинтересовался Хаос, слегка прищурившись. — Кажется, не последнюю роль в этом играю я.

Инис взглянула на существо, принадлежавшее Хаосу. В его глазах, почему-то ярко-голубых, отражался страх, не смотря на явную усмешку в словах. Что-то ещё мелькнуло и пропало. Инисара покачала головой и прикрыла глаза, удобнее устраиваясь на кровати, куда её уложил заботливый братец. Аракс устало провёл рукой по волосам.

— Итак, не знаю, какого ddahes'a ты здесь делаешь, но тебе стоит убраться из комнаты моей сестры в частности и жизни в целом.

— Kahen'ni has me foban'ne ter Pharre, — лениво отозвался Хаос.

— И что это значит? — озадачилась Инисара. Мужчины промолчали, но было понятно, что Аракс прекрасно понял смысл фразы.

— Согласия не было, так что не беги впереди дракона, — холодно произнёс Аракс и обратился к сестре: — Милая, это существо плохо на тебя влияет, потому предлагаю от него избавиться.

— Невозможно, — всё так же лениво сказал Хаос, — от этого существа невозможно избавиться.

— Я рискну.

— Что вы тут делаете? — прервала милую беседу мужчин Инисара.

— Думаем.

Инисара пожала плечами. В волосах вновь мелькнули розоватые пряди, а в глазах зажглись золотистые искорки. Хаос заворожёно наблюдал за этой метаморфозой, понимая, что увязает в этой богине. И тут же напомнил, что пришёл сюда не за этим.

— Предлагаю начать с самого начала, — нарушил повисшую в комнате тишину Аракс, подозрительно быстро примирившись с присутствием постороннего существа. — Первый вопрос: как и когда ты встретился с Зараксом?

Остров Смерти

— …тысяча пятьсот шесть! — Жнец подняла голову и посмотрела на свою госпожу. Глава Дома Смерти Карэй в своём неизменном черном балахоне и чёрных перчатках являла собой просто замечательный образец соответствия ожидания и реальности. Именно так, по мнению людей, должна выглядеть настоящая богиня смерти. Как же примитивно мыслят иной раз существа, живущие так мало!

— Плюс двести тридцать семь Искр в запасе, итого тысяча семьсот сорок три. — Карэй отметила свитке количество свободных Искр для возвращения в Камень Искр для последующего перерождения и перешла к следующему пункту: — Теперь пересчитываем активные Искры.

Жнец никак не отреагировала, хотя бы и могла, ибо пересчитывать Искры, они же души для простых смертных, было не её обязанностью, и даже не госпожи. Но Главе Дома Смерти было скучно, Искры требовали пересчёта, отчётный период подходил к концу, потому Жнец и занималась пересчётом, временно оставив свои прямые обязанности по сбору Искр согласно спискам.

— Что-то грядёт, — задумчиво произнесла Карэй, на миг отвлекаясь от увлекательнейшего занятия. — Странно.

Стремительно поднявшись, богиня исчезла за дверью, оставив Жнеца наедине с графиками, таблицами и прочим, необходимым для анализа жизни в Лагети. Флегматично проводи госпожу взглядом, женщина вернулась к работе. Всё равно, рано или поздно, Карэй вернется и поведает ситуацию.