Этнопсихологическая самозащита и агрессия

Но когда члены местного этноса выдерживают эти импульсы и отказываются измениться, считая черты и поведение пришельцев неприемлемыми, тут на сцену выступает образованная элита в целом отсталой этнической группы. Она, эта элита, увещевает и заставляет членов своего этноса измениться, соперничать и добиваться успехов. Исторических примеров, подтверждающих существование данного явления, сколько угодно. Так, русский царь Петр Первый заставил русских стать цивилизованными и соперничать с Европой. На этом пути были достигнуты огромные успехи. Другой пример: Армения в течение веков находилась во власти то одного, то другого завоевателя, и чтобы сохраниться как нация, армяне должны были соперничать с завоевателями. Тут есть, однако, важная особенность: очень часто сами завоеватели во многом адаптировались к армянской (более высокой) культуре, заимствовав из нее многие элементы[62].

В каждом этносе, долгое время находившемся под гнетом завоевателей, появляются выражения типа: “ничего”, “тихо едешь – дальше будешь”, “медленно спеши” и т. п. Все они созданы для того, чтобы предотвратить быстрые и нежелательные изменения, для оправдания собственной ленивости и нежелания соперничать с более энергичными этническими группами. Когда народ ленив, в его территорию вторгаются – мирно или войной – чужаки и начинают усваивать ее. Сама элита отсталого этноса выступает с критикой летаргичности своего этноса.

Вследствие этого начинается соперничество между этносами. Лидеры все время стимулируют свой народ строгой критикой, обзывая его ленивым, отсталым, фаталистическим и т. п., т. е. стараясь искоренить те черты, которые являются причиной его отсталости. В этносоциологической литературе из жизни народов Индии, Цейлона, африканских стран приводится много примеров подобного поведения элиты, ее призывов к соперничеству и прогрессу. Такую самокритику называют особым элитным синдромом. Его особенность состоит в том, что критикуя характер этноса и его ценности, требуют изменить личные качества его членов, считая, что иначе этническая группа навсегда останется отсталой. Для того, чтобы избежать такой участи, им следует учиться у более прилежных соперников.

Лидеры отсталых народов нередко ежедневно увещевают своих сородичей быть такими же энергичными и продуктивными, как и их этнические соперники и противники. Те качества соперников, которые ранее казались неприятными и неприемлемыми (но обеспечили им успех), теперь уже не критикуются. Наоборот, объектом критики становятся уже те черты собственного этноса, которыми он отличается от других этносов. Появляется сильный мотив достижения, стремления к успехам и преобразованиям, а также конструктивная агрессивность. Активные контакты с иностранцами способствуют быстрому изменению этнических черт народа. Смягчается предубежденность против иностранцев, которая очень сильна у отсталых и изолированно живущих народов. Но, соперничая с чужаками, их продолжают считать неприятными людьми.

“Догнать и перегнать” – вот основной мотив членов элиты отсталых народов. Мотив достижения начинает играть решающую роль в их поведении, к этому они стимулируют также свой народ. Вспомним один из основных лозунгов большевиков: “Догнать и перегнать развитые капиталистические страны по производству продукции на душу населения”. В этом призыве было признание собственной отсталости. Лидеры большевиков стремились сознательно внедрить в народе мотив достижения и стремление к соперничеству. Правда, их систематические действия по подавлению личности почти сводили на нет собственные усилия по воспитанию активного, передового и готового на соперничество народа.

В подобных случаях возникает противоречие между традиционными этническими чертами и установками народа и теми новыми требованиями, которые к нему предъявляются соперниками и собственной политической элитой[63]. Иногда новые лидеры таких этносов просят уступок, временных поблажек для своего этноса, пока он не догонит передовых. Этим признается некоторая незрелость, инфантильность своего этноса, черты, которые, однако, считаются преодолимыми.

§ 2.7. Соперничество этнических групп и страх перед исчезновением

А. Неизбежность соперничества