Этот негодяй Балмер, или человек, который управляет «Майкрософтом»

Во вторник, 7 ноября 2001 года, в 7.30 утра я явился на собрание в похожий на пещеру Дворец съездов штата Вашингтон, избегнув регистрации для СМИ. Во время обыска во внешнем вестибюле, предположительно на предмет огнестрельного оружия или бомбы, охранник спросил, что у меня в руке. «Магнитофон», — ответил я. «Не положено», — указал он на плакат, объявляющий, что записывающие устройства запрещены. Не поверив, я подошел к столику для прессы и спросил о причине. Хотя полная видеозапись собрания акционеров появится на майкрософтовском веб-узле и расшифровки там тоже доступны, по каким-то причинам вести запись было нельзя. Представители СМИ не могли объяснить антизаписывающее правило, но предложили взять меня на работу. Я уступил (и сохранил магнитофон). Я был в мире «Майкрософта», а «Майкрософт» играет по своим правилам.

Я размышлял об этой таинственности, стоя в огромном внутреннем вестибюле Дворца съездов, и, склонив голову, читал какую-то майкрософтовскую пропаганду об их свободе инноваций, когда воздух вокруг меня загудел; по залу словно пронесся порыв ветра, и меня едва не подхватило вихрем. Будь я флюгером, я бы завертелся. Я поднял голову и увидел Стива Балмера, почти летящего к сцене. Таков Балмер. Он, кажется, всегда спешит (когда он пишет свое имя, черточка буквы «т» в «Стивен» всегда оказывается над «н»), и сотрудники говорят, что он часто вторгается в личное пространство (многие конкуренты согласны), но это из тех качеств, которые кое-кому из сотрудников в нем нравятся.

Камерон Мирволд рассказал мне: «Стив всегда проводил политику открытых дверей, когда любой мог зайти и поговорить с ним о чем угодно. Человек мог работать на менеджера данного продукта, но он чувствовал, что на самом деле работает на Стива. Однажды Стив заскочил ко мне в кабинет и начал расспрашивать о чем-то, над чем я работал. За пять минут он выделил ключевые вопросы. Менеджер моего проекта не мог выделить ключевые вопросы два года. Класс, подумал я, вот парень, который знает, что делает. Это вдохновляет. Говорили, что Гейтс — это парень, перед которым все склонны благоговеть, тогда как Стив — парень, на которого хочется работать. Это правда. Я бы ради него прошелся по углям».

А романист Дуглас Капленд рассказал мне, что в начале 90-х, когда он собирал материал для «Майкросервов», и Гейтс, и Балмер проводили политику открытых дверей. По рассказу Капленда, он просто подходил к двери Гейтса, стучал и быстро задавал ему несколько вопросов; то же самое и с Балмером. Но когда он посетил кампус через несколько лет, на границе тысячелетия, доступ к Гейтсу и Балмеру, как и ко многим другим майкрософтовцам, был строго ограничен.

В главном зале Дворца съездов я занял место в двух проходах от загончика для прессы, положил рюкзак и начал общаться. Один акционер, с которым я говорил, пришел, «потому что если прийти сюда достаточно рано, то достанутся бесплатные «старбеки» и легкий завтрак». (В сущности, полученные мной две чашки кофе «Старбек» и рогалик окупили стоимость моей акции, не считая операционных издержек.) Другая владелица акций сказала, что «просто хотела посмотреть на Билла Гейтса». Третий хотел попробовать «Windows XP» в расставленных по вестибюлю киосках. Большинство владельцев помалкивали. Когда собрание началось — ровно в восемь, — большинство кресел были пусты. Зачем идти в театр, когда можно посмотреть по Интернету?

На помосте Стив Балмер сидел слева от Билла Гейтса, еще шесть членов совета директоров расположились вокруг. Балмер откинулся на спинку стула и разрешил Рику Белуццо, человеку, которого он выбрал наследником своего положения президента девять месяцев назад, вести собрание. В 1999 году Балмер переманил Белуццо из «Силикон графике», где тот работал генеральным директором, проработав двадцать три года в «Хьюлетт — Паккард».

Взяв на себя многие административные обязанности Балмера — те, что Балмер именует «администрюшки», — Белуццо позволил Балмеру уделять больше времени стратегическим вопросам.

Белуццо представил членов правления, обратил внимание на экспонаты во внутреннем вестибюле, потом заявил, что «рад отметить, что к нам присоединилась сеть «Свободу инновациям»... основа и инструмент связи». В сущности, сеть «Свободу инновациям» финансируется «Майкрософтом» и далеко не является основой. Вашингтонские лоббисты называют такие группы «искусственной травой» — из-за их поддельной природы. Учитывая огромное преимущество в компьютерной технологии, любой современный персональный компьютер и принтер могут быстро произвести сотни писем, говорящих в основном одно и то же различными шрифтами и на различной бумаге, потом разослать их любым должностным лицам, которых они хотят обработать.