Евангелие от IT. Как на самом деле создаются IT-стартапы

Ни у кого здесь нет собственного офиса, даже у гендиректора. По поводу этого существует особое правило. Каждые три месяца все меняются местами, как в игре со стульями и музыкой. В HubSpot это называется «ситин-хак»[3], а смысл этого действа в том, чтобы напомнить всем, что перемены неизменны. Если вы хотите уединения, вам нужно «забронировать» одно из помещений для совещаний, которые расположены по периметру рабочих пространств. Некоторые помещения для переговоров названы в честь игроков «Ред Сокс», некоторые в честь «известных маркетологов» – нужно немного времени, чтобы все это осело в голове. Кое-где стоят кресла-мешки вместо настоящей мебели; в таких комнатах люди разваливаются на них с ноутбуками на коленях.

Конечно, выглядит это придурковато, и вас не покидает ощущение чего-то искусственного, кажется, будто все работают слишком усердно, чтобы убедить себя, что они заняты крутой работой и им все здесь нравится. Но кому до этого есть дело? Сегодня мой первый день. Я в восторге от того, что нахожусь здесь. Вот умора! За последние несколько лет я посетил дюжину мест вроде этого, и мне всегда было интересно, каково это – работать в одном из них.

Во время обхода здания Зак рассказал мне немного о себе. Как и я, в HubSpot он новичок. Пришел месяц назад. В колледже изучал английский язык и хотел стать спортивным журналистом. Но после окончания колледжа решил, что работа журналиста слишком нестабильная, и вместо этого устроился на работу в Google. Я ответил ему, что он все сделал правильно. Публикации борются за место под солнцем, а репортеров сокращают пачками, вот поэтому люди вроде меня и появляются в местах типа этого, пытаясь вновь обрести себя, работая в PR или маркетинге. Такого рода работа, предположительно, требует тех же навыков, что нужны и для занятия журналистикой, то есть умения писать и соблюдать сроки. И если честно, по меркам корпоративной Америки, если ты ею занимаешься, ты дешевка.

Зак решил, что будет полезно рассказать мне, как работает отдел маркетинга. Мы прошли в комнату переговоров, и там Зак начал рисовать структуру организации на белой доске. Мой собеседник, как потом выяснится, любит писать на таких досках. Во главе отдела маркетинга он изображает Черепа, директора по маркетингу. Под ним – Уингмана и трех других людей. У каждого из этих руководителей есть команда или несколько команд, собранных под их началом. Зак продолжал изображать структуру в виде древа, которое становилось все больше и больше, пока не заняло все пространство доски. Существуют товарный маркетинг, интернет-маркетинг, маркетинг по электронной почте, маркетинг в социальных сетях, потребительский маркетинг, конверсионный маркетинг. Есть работники, формирующие спрос, есть те, которые занимаются защитой интересов клиента. Есть люди, которые осуществляют продажи и ведут клиентов. Есть нечто, называемое «командой воронки», другая группа называется «бренд и шумиха», она контролирует команду по связям с общественностью и проводит ежегодную конференцию пользователей.

Наконец, существует команда контент-маркетинга. Она состоит из людей, пишущих в блоги, и тех, кто создает электронные книги. Это и будет местом моей работы.

Я отметил для себя кое-что любопытное: на схеме имя Зака находилось над

командой контент-маркетинга, прямо под Уингманом. Я не эксперт в корпоративной организации, но, основываясь на том, как эта схема была составлена, предположил или, скорее, испугался, что этот парень, который, предположительно, занимает должность какого-нибудь ассистента, может оказаться моим непосредственным руководителем.

– Подожди минутку, – говорю. – Я запутался.

И смотрю на Зака.

– Зак, – говорю я, – чем ты здесь занимаешься? В чем состоит твоя работа?

– О! – восклицает он. – Я управляю командой контент-маркетинга.

– Так, если ты управляешь командой контент-маркетинга, – говорю я, запинаясь, – это означает, что ты мой босс? – Я сделал все, чтобы мой голос не звучал встревоженно. – Я работаю на тебя?

Зак ответил, что не знает, может ли он на самом деле назвать себя моим боссом

. Строго говоря, по его разумению, официально моим руководителем будет Уингман. Но на регулярной основе я действительно буду работать в команде под управлением Зака.

«Блиииин…» – протянул я мысленно.

– Хорошо, здорово! – отреагировал я на словах.

Зак захотел отвести меня на мое рабочее место. Я поднялся, чувствуя, что голова у меня идет кругом, и проследовал за ним к выходу из комнаты для переговоров, по коридору, двигаясь мимо людей, которые внезапно стали казаться мне слишком молодыми, как школьники. Они были везде, сновали тут повсюду. Они бегали туда-сюда с ноутбуками, сидели в группах и небольших помещениях для совещаний со стенами из стекла, рисовали на досках, просматривали презентации PowerPoint на гигантских мониторах, пили кофе и что-то записывали. Думаю, я был близок к приступу паники. Все выглядело, как дурной сон. Часть меня рвалась назад, к входной двери.