Читаем Евангелие от Сергея полностью

— Правильно. Я не только не утвержу приговор, а оправдаю Иисуса. Уже сейчас вся Галилея хочет видеть Иисуса своим царём. По докладам моих ищеек то там, то сям раздаются призывы к свержению Антипы. Мой оправдательный приговор будет концом правления Антипы и его священников. После моей оправдательной речи ни один израильтянен не встанет на их защиту. Иисуса просто на руках занесут во дворец и усадят на трон, просто вышвырнув с него Антипу.

— К чёрту Назарет, — решительно произнёс Лукреций, — я должен обязательно увидеть твоего ставленика. Где мне его найти?

— Скорее всего — в Капернауме. Иногда он наведуется в Вифанию к своему другу Лазарю. Этот Лазарь — мой осведомитель. Через него я поддерживаю связь с Иисусом. Иди к нему и там узнаешь, где найти сына бога. Только учти, что тебе одному надо идти, без охраны, а иначе засветимся. Не забудь сказать Лазарю пароль, а то тебя пришьют там, как муху.


80



Глава 13. Апостолы.




Местом своей резиденции в Капернауме Иисус избрал дом Магдалины, и та была рада этому. И не просто рада, она аж светилась от выпавшевшего на неё счастья.

По утрам Иисус проводил небольшие собрания, на которых обсуждались текущие дела, принимались решения и выслушивались приказы. Как она не стремилась присутствовать на этих сборищах, ей не позволялось это. Иисус беседовал с ней отдельно — когда-то ночью, лёжа в её постели, когда-то утром после сборищ…

Иногда Иисус переезжал от неё к кому-нибудь ещё, обьясняя это мерой предосторожности, чему Магдалина не верила и страшно ревновала. Первый раз, когда он обьявил об этом и собрался к другой такой же вдовушке, она попробовала остановить его, на что Иисус резко ответил:

— Ещё раз попробуешь перечить мне — я вышвырну тебя из города! Поняла?

Что она могла? Даже Пётр, и то боялся Иисуса. Он и называл его не иначе. как *господин*. Потом ревность маленько поулеглась: забот не в проворот, да и Иисус, когда жил у неё, был всё время ласковый. Так и примирилась она со своим положением…

Вчера, к радости Магдалины, он опять пришёл к ней, и она поднялась затемно, чтобы приготовить завтрак на всех апостолов, которые с рассветом обязательно появятся у неё.

Первым, как всегда, появится Пётр. Он сразу, не задерживаясь, пройдёт в дом, а Андрей останется на улице поболтать с охраной. Петр — мужик серьёзный, трепать языком попусту не будет. Недаром Иисус поставил его своим заместителем.

— Ты — моя основа, — часто говорил он Петру, — на тебе я построю свою власть.(1)

Пётр страшно гордится этим и из кожи лезет, чтобы угодить


1. Библия. Мт.16:18


81

Иисусу. А вот брат его Андрей — совсем другого типа человек.

Он весёлый и общительный. Только вот (насколько его Магдалина знает) слишком уж доверчивый. Верит всему, чему хочет поверить. Скажи ему поубедительнее, что на луне люди

живут — поверит, а потом и других убеждать в этом будет. Язык у него хорошо подвешен и он, искренне веря во что-то сам, бывает настолько красноречив, что способен любого заразить своей верой. Иисус знает об этой черте Андрея и всегда, когда нужно кого-то в чём-то убедить, посылает Андрея, конечно же, предварительно убедив его в этом сам.

Потом притащатся братья Иаков и Иоанн.(1) Вот их Магдалина не любила. Но если сказать точнее — Иоанна. Вроде бы всё, как надо — высокий, красивый, но… что-то в нём не так. Какой-то женственный весь… С Иисусом почти всё время сюсюкает, а тому это как будто нравится. Поглаживает его прямо как женщину, шепчется с ним. Ну, словно любовники!

Даже Пётр не выдержал однажды и спросил прямо:

— А он кто для тебя?

Ох и взбеленился тогда Иисус:

— А тебе-то что до того? Смотри за своей женой, а в мою личную жизнь не лезь!

С тех пор все стараются не замечать, как Иисус гладит любимого *ученика*, а тот жмурится от удовольствия.

Иисус называет братьев громилами и всегда, когда нужно кого-то припугнуть, посылает их. Такие бугаи кого хочешь испугают!

Другой Иаков,(2) которого все кличут *меньшим*, появится после всех… Он — двоюродный брат Иисуса и очень этим гордится. Магдалина не знала, за что конкретно отвечал он, но Иисус его очень ценил и не ругал, как других.

Фома. (3) Что Магдалина могла сказать о нём? Серьёзный, рассудительный, дотошный. Если и возникает какой спор или обсуждение, то только благодаря ему. От него всегда только и слышно: а почему именно так, а не по-другому. Фома всё старается проверить, но если он убедился, что это действительно так, то лучшего помощника не найти: лоб расшибёт от усердия.

Потом придёт Филипп.(4) Магдалина знала, что родом он


1-4.Апостолы Иисуса.

82


из Вифсаиды и имеет большие связи в греческой диаспоре и поэтому — большое влияние. Иисус, хотя и не любит необрезаных, но придаёт большое значение грекам. Это легко можно понять: греков в Галлилее живёт не меньше, чем евреев, особенно богатых, а их финансовая поддержка ему очень нужна.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Искусство памяти
Искусство памяти

Древние греки, для которых, как и для всех дописьменных культур, тренированная память была невероятно важна, создали сложную систему мнемонических техник. Унаследованное и записанное римлянами, это искусство памяти перешло в европейскую культуру и было возрождено (во многом благодаря Джордано Бруно) в оккультной форме в эпоху Возрождения. Книга Фрэнсис Йейтс, впервые изданная в 1966 году, послужила основой для всех последующих исследований, посвященных истории философии, науки и литературы. Автор прослеживает историю памяти от древнегреческого поэта Симонида и древнеримских трактатов, через средние века, где память обретает теологическую перспективу, через уже упомянутую ренессансную магическую память до универсального языка «невинной Каббалы», проект которого был разработан Г. В. Лейбницем в XVII столетии. Помимо этой основной темы Йейтс также затрагивает вопросы, связанные с античной архитектурой, «Божественной комедией» Данте и шекспировским театром. Читателю предлагается второй, существенно доработанный перевод этой книги. Фрэнсис Амелия Йейтс (1899–1981) – выдающийся английский историк культуры Ренессанса.

Фрэнсис Амелия Йейтс , Френсис Йейтс

История / Психология и психотерапия / Религиоведение