Эволюция красоты.

Эстетическая гипотеза также полностью согласуется с тем фактом, что женский оргазм вовсе не необходим для зачатия. Он не оказывает никакого влияния на женскую плодовитость, потому что в его эволюции не было адаптивного смысла. Сам факт, что женский оргазм не обязателен для чего бы то ни было, вполне годится для объяснения и его широкой изменчивости, и того, почему его переживание так приятно. Вероятнее всего, женский оргазм достиг в ходе эволюции такого распространения и интенсивности именно потому, что у него не было особой функции. Это сексуальное наслаждение в чистом виде, которое возникло только как следствие стремления женщин к удовольствию. При этом у мужчин оргазм почти всегда сопряжен с эякуляцией, а значит, необходим для размножения. Следовательно, субъективное чувство удовольствия при мужском оргазме привязано естественным отбором к перистальтическому прокачиванию вязкой семенной жидкости вверх и вниз по семявыносящему протоку и наружу по мочеиспускательному каналу. То есть по большей части мужской оргазм связан с движением жидкостей по трубчатым органам. Из-за этой связи оргазма с семяизвержением мужчины нуждаются в пополнении запаса семенной жидкости за счет секреторной деятельности предстательной железы, семенных пузырьков и куперовых желез, прежде чем они снова будут способны испытать новый оргазм. (Молодых читателей-мужчин может несколько встревожить новость, что с возрастом период восстановления между оргазмами становится все более продолжительным.) Таким образом, подлежащая естественному отбору физиологическая функция мужского оргазма ограничивает кульминационное мужское удовольствие от секса и в его величине, и в частоте, и в продолжительности.

Напротив, женский оргазм никакими добавочными физиологическими функциями не ограничен: он не помогает доставить куда-то какие-либо жидкости и сделать что-то еще. Сопровождающие его сокращения влагалищных, маточных, промежностных и брюшных мышц служат исключительно для того, чтобы вызвать ничем не скованное чувство наслаждения. Отсюда понятно, почему многие женщины способны к часто повторяющимся множественным оргазмам. Поскольку женский оргазм не несет никаких дополнительных функций, кроме собственно удовольствия, женщины и не нуждаются в периоде восстановления и могут повторять этот чувственный опыт столько, сколько сами пожелают.

Учитывая все сказанное, эстетическая теория полностью поддерживает утверждение Тиресия. Поскольку эволюция женского оргазма шла исключительно под действием эстетического механизма выбора полового партнера, то женщины действительно способны испытывать гораздо большее сексуальное наслаждение, чем мужчины, – и по его силе, и по продолжительности. Там, где красота случается «просто так», удовольствие тоже бывает без особой причины.

Совершенствование женского оргазма можно рассматривать как лучшее доказательство мощи эстетической эволюции. В то же время он может служить превосходным примером иррационального раздувания эстетического эволюционного «пузыря» – эволюции без какой-либо другой цели, кроме получения субъективного удовольствия. К счастью, эволюция сексуального наслаждения у людей все же зашла еще не так далеко, чтобы естественному отбору пришлось ее ограничивать ради избегания негативных последствий чрезмерного веселья.

Может статься, из-за этих рассуждений о женском сексуальном удовольствии мужчины почувствовали себя обделенными. Еще бы: и удовольствия им достается меньше, чем женщинам, и их оргазм сродни работе насоса, прокачивающего жидкость по трубам. Но на самом деле все сказанное вовсе не означает, что мужчины не могут рассчитывать на отличный секс. Почему же мужской оргазм доставляет такое наслаждение? Напомню, что оргазм при эякуляции всегда рассматривали как адаптацию, побуждающую самцов использовать открывающиеся сексуальные возможности. Естественный отбор адаптивных форм поведения часто приводит к тому, что в эволюции эти формы поведения оказываются связанными с физиологическим удовольствием. Животные должны питаться, и в эволюции удовлетворение голода стало вознаграждаться приятными ощущениями. И все же, я уверен, большинство мужчин согласятся, что удовольствие от оргазма намного сильнее и приносит гораздо больше удовлетворения, чем удовольствие от еды. Поэтому я считаю справедливым утверждение, что мужской оргазм доставляет больше наслаждения[296], чем это необходимо просто для обеспечения размножения, то есть больше, чем мог бы обеспечить ему естественный отбор. Все это приводит меня к выводу, что естественный отбор – не единственный механизм, участвующий в эволюции мужского оргазма, и что эстетическая эволюция тоже сыграла в этом процессе немаловажную роль.