Европа. Естественная история. От возникновения до настоящего и немного дальше

Заманчиво считать фигурки и флейты вершиной культурных достижений ледникового периода; однако эти предметы служили какой-то цели, и именно это более высокое искусство, которому они служили, и следует рассматривать в качестве такой вершины. Есть основания полагать, что таким искусством был театр: это великое искусство аборигенов Австралии, а возможно, он был первым видом искусства во всех дописьменных обществах. Театр важен для этих обществ, потому что развивает навыки имитации, риторики, выражения эмоций с помощью языка тела и изложения историй – все это способствует появлению великих охотников и лидеров. Так что Шекспир возник не полностью сложившимся, подобно Афине из головы Зевса[207], а из традиции, существовавшей как минимум со времени появления первых метисов человека и неандертальца.

Я могу вообразить те первые представления, которые с трепетом смотрела небольшая группа людей в темноте зимней ночи. Некоторые, возможно, наблюдали, как мастер трудился над человекольвом, и вот он ожил – в виде тени, отброшенной на стену пещеры. Когда фигурка двигается перед пламенем очага, силуэт становится то более четким, то более размытым, а творец фыркает, прекрасно имитируя предка – человекольвицу во время течки. Зверь-гибрид охотится – ищет партнера-человека. Сохранились ли у зрителей воспоминания о том, что они сами произошли от спаривания различных видов – черного человека и бледного неандертальца?

Настроение людей меняется – страх, опаска, благоговение, – когда по пещере разносятся звуки флейты и раздается голос патриарха. Из его глотки несутся имитации голосов усопших, звучит рассказ о львиных предках клана. Очарованные зрители переносятся в другое время и другое измерение. Так проходят долгие ночи в мире первой европейской мифологии.

Добившись собственного приручения, первые гибриды людей и неандертальцев собрались приручить и другие виды. Однажды, примерно 26 000 лет назад, ребенок 8–10 лет и какое-то животное из псовых прошли в заднюю часть пещеры Шове на территории современной Франции. Судя по двойным следам, которые можно проследить на полу пещеры на протяжении 45 метров, они шли мимо замечательной настенной живописи, которой знаменита пещера Шове, в Зал черепов – грот, где сохранилось множество черепов пещерных медведей. Они шагали неспешно вместе, как друзья, один или два раза ребенок поскользнулся, а также остановился, чтобы очистить факел, оставив при этом пятно угля на полу пещеры. Можно предположить, что поход этой пары в духе Гека Финна стал легендой в их клане, ведь к тому времени, когда глубины пещеры Шове были заброшены, ее искусство и медвежьи кости насчитывали уже тысячи лет. А вскоре вход в пещеру был закрыт оползнем. Как бы то ни было, приключение этой пары определенно прославилось в 2016 году, когда масштабная программа по датировке окаменелостей и артефактов из пещеры Шове, включая то самое угольное пятно, оставленное ребенком, подтвердила, что эти следы – старейшее безусловное доказательство взаимоотношений между людьми и псовыми ²¹⁴[208].

Исследования ДНК показывают, что в Европе собаки начали отделяться от волков где-то между 30 000 и 40 000 лет назад ²¹⁵. Самым старым остеологическим свидетельством является череп возрастом 36 000 лет, найденный в пещере Гойе в Бельгии. Морда этого животного короткая и широкая, что отличает его от волков, однако генетический анализ выводит зверя за рамки современных собак и волков. Возможно, череп принадлежал животному из какой-то группы псовых, которая жила с людьми, но впоследствии вымерла. Как бы то ни было, принцип Синьора – Липпса предупреждает нас, что дети и собаки могли общаться задолго до того, как этот ребенок и его собачий компаньон прогуливались по пещере Шове 26 000 лет назад.