<p>Сергей Хардин</p><p>Корпорация Vallen’ок</p>

<p>Глава 1</p>

Я не помню, с чего всё началось. Мертвая тишина в моей голове резко сменилась какофонией различных звуков, и на неё накладывались резкие выкрики людей, смысл которых я сколько не силился не мог понять. Непривычный и чуждый язык говоривших поблизости казался мне каким-то странным, несуществующим, но в то же время смутно знакомым. К моему глубокому удивлению, часть слов я все же мог разобрать: «Давление, пульс, пятнадцать миллиграмм».

Я понял, что нахожусь в больнице и решил открыть глаза, чтобы удостоверится, что прав. Зря я похоже это сделал, меня сразу ослепил невыносимо яркий свет. Но это был не свет в конце тоннеля, когда проморгался, стало ясно, что я нахожусь в операционной. Вот только что я тут делаю, хоть убей не помню. Надо срочно разобраться, что со мной сейчас происходит и в каком я состоянии. Руки-ноги чувствую, но двигать ими не могу, похоже крепко привязан. Говорить мешает какая-то трубка во рту, фиксированная к металлической рамке перед лицом, а из-за неё и головой по сторонам не поводишь.

Мое пробуждение не прошло незамеченным, и некая девушка в маске и очках ласково зашептала мне что-то не сильно внятное. Единственное что я разобрал: «успокойтесь». Ничто так не бесит, как слово «успокойтесь». Хотя, что странно, волнения как такового и не было, скорее непонимание происходящего. Отсутствие воспоминаний сильно напрягало. Девушка меж тем обратилась к стоящему рядом врачу, но их диалог я понять не смог.

Врач достаточно крупной комплекции приблизился ко мне, и, наклонившись, стал задавать вопросы. Разбирал я в лучшем случае одно слово из пяти и то сам не знаю как, но общий смысл диалога был мне понятен. Его интересовало мое состояние и что со мной произошло, но из-за трубки во рту я не мог ответить, а только моргать глазами. Этого доктору вполне хватило.

От меня отцепили кучу датчиков. Трубку, что так и торчала во рту, отключили от аппарата, я начал дышать сам, хоть поначалу это оказалось трудно. Потом куда-то повезли. Сначала ритмичное мелькание потолочных ламп в коридоре, потом лифт, разгорающийся рассвет за окном в холле. Наконец, наша поездка подошла к концу, меня привезли в палату и переложили на кровать.

Вошли два врача, переговариваясь между собой. Одним оказался тот самый здоровяк, другого же я видел впервые. Низенький, ростом метра полтора, не больше. На вид, судя по количеству морщин, все восемьдесят. Но стоило мне встретится с ним взглядом, и моя уверенность в его возрасте пропала. В глазах читался не только живой ум, но и бурная энергия молодости.

Но меня смутило еще одно — оба врача были сильно восточной наружности, на мигрантов из средней Азии не похожи. Медсестра на операции также удивила экзотическим разрезом глаз. Низкорослый азиат, забравшись на какую-то приступку, стал меня осматривать и что-то бурчать себе под нос. Видя, что трубку из меня доставать они не собираются, я принялся бурчать и ворочать головой.

— Успокойтесь, — весьма добродушно и одновременно приказывая, сказал крупный доктор и в этот раз я его почему-то прекрасно понял. — Скоро мы избавим Вас от трубки, просто необходимо Вас сначала осмотреть.

Я кивнул ему в ответ. Надеюсь, скоро я открою для себя тайну всего происходящего. Я немного расслабился и позволил себе прикрыть глаза.

— Не спать! — услышал я возле своего уха бодрый голос престарелого азиата.

Прозвучал он настолько громко, что я невольно вздрогнул. Шустрый старик посветил мне сначала в один глаз фонариком, потом во второй. Видимо моя недовольная гримаса заставила его расхохотаться.

— Теперь можно и убрать интубационную трубку, — резко посерьезнев, сказал старый врач, и начал вытягивать её из меня.

Непередаваемые ощущения длились недолго, зато теперь я смогу задать интересующие меня вопросы. Но, попытавшись это сделать, я сильно и болезненно закашлялся. В это время второй доктор что-то ввёл в резиновую манжету капельницы, я почувствовал лёгкое головокружение, пространство наполнилось эхом голосов. Скорее всего это было снотворное или типа того.

— Отдыхайте, молодой человек, — услышал я голос пожилого азиата откуда-то издалека и провалился в царство Морфея.

Мне приснился странный сон, который заставил проснутся в поту, настолько он был реален. Я оказался на трассе за рулем дорогой и быстрой машины. Следующий эпизод — встречаюсь с грузовиком на перекрестке, этот момент я запомню на всю жизнь. Удар, дикая боль, скрежет сминаемого металла, а после — громкое эхо взрыва, и словно со стороны я увидел моё искалеченное тело в нескольких метрах от затухающего пожара. В этот момент не столько боль, сколько дикая тоска пронзила мое сердце, будто что-то важное забыл, не сделал. От этого сердце заныло так сильно, что я вскрикнул и проснулся.