Фея и лорд кошмаров (СИ)

— Какая, в Бездну, измена?! — прикрикнул он. — Я тебе доверяю, Мэйр. Беззаветно, безоговорочно и всей душой! Доверял до сегодняшнего дня! А вот уроду в простыне, который только и мечтает, что выдрать тебя на первой попавшейся пригодной поверхности — как-то не очень!

Мэйр принялась с силой тереть виски, то ли силясь прогнать боль, то ли с трудом сдерживаясь, чтобы не оторвать Себастьяну голову. С ней и раньше такое случалось, когда она выматывалась на работе: хваленая фейская сдержанность истончалась, и наружу проглядывала демонесса — вспыльчивая, агрессивная и подчас жестокая. Огонь и ярость. Себастьяну стоило бы поберечь и нервы своей феи, и собственную же башку; однако он сам сейчас бесился почище всякого демона. Видят боги и богини, свою дурную силу бывало легче сдерживать, чем свой же норов.

— Мне очень жаль, что я… умолчала о Грегоре, — наконец заговорила Мэйр подозрительно тихим голосом. — Это было не так чтобы красиво и правильно. Однако я не скрывала от тебя никакой жизненно важной информации, ни словом тебе не солгала. Я всего-то думала, как будет лучше для тебя — и, мне кажется, не заслужила, чтобы на меня орали, или чтобы перекладывали ответственность за красочные мыслишки Нэльтана.

— Да я не то имел в виду!

— Да мне без разницы, что ты имел в виду, — отрезала Мэйр. — Грегор мне не навредит, я умею за себя постоять. И ты либо принимаешь это как факт, либо твои трескучие тирады о доверии — трёп, который и медяка не стоит. Я всё сказала.

С этими словами она резко развернулась и быстрым шагом направилась в сторону дома.

Себастьян дождался, пока Мэйр зайдет в дом (а заодно и постарался успокоиться хоть немного), после чего последовал за ней. Видят боги, он был в бешенстве — хотелось прямо сейчас прыгнуть в портал, отыскать смертника Грегора и отправить его туда, где ему самое место. Чертоги Хладной привечают всех, как известно. Но фея важнее. Хотя бы потому, что с ней он собирается прожить всю оставшуюся жизнь.

И это даже не обсуждается.

— А я вот сказал не всё, — едва закрыв за собой дверь, заявил Себастьян. Стараясь не орать, хотя голос едва ли можно было назвать ровным. — Я менталист, Мэйр. То, что я узнал о Грегоре от какого-то некроса, а не влез в твою голову, прекрасно демонстрирует, сколько стоят мои тирады о доверии. И представь себе, я хотел бы, чтобы мне отвечали тем же. Я не доверяю Грегору. Я не доверяю ему ту, кто является единственной радостью моей жизни. И ты можешь быть какой угодно сильной, но я никогда не перестану беспокоиться о тебе, ценить тебя; никогда не начну доверять твою жизнь хоть кому-то, кроме себя.

— Ах, Себастьян, это было бы очень трогательно, — ещё холоднее, чем прежде, откликнулась Мэйр. В её глазах разгоралось настоящее пожарище, а на смуглой коже стальной изморозью серебрились живые узоры. — Если бы не было очередной попыткой мной помыкать. Бессовестной и эгоистичной попыткой. Да, я сама поступила нечестно и признаю это. Но я хотела как лучше, мне это казалось правильным — и я не могу пообещать, что впредь стану поступать как-то по-другому, лишь бы только ты всегда был доволен.

Вот это было по-настоящему обидно. С другой стороны, всерьёз обижаться тоже глупо: всё же для откровений он выбрал самый неподходящий момент из всех возможных. Да и нельзя отрицать очевидного…

— Я бессовестный и эгоистичный, — согласился Себастьян, криво усмехаясь, — это правда. Зато не прикрываюсь отговорками типа: «ах, я хотела как лучше». Давай я сам за себя буду решать, как лучше? Хоть на это я имею право, Мэйр?! Или так и будешь относиться ко мне, как к психопату, неспособному себя контролировать?

— Я просто забочусь о тебе, болван ты самоуверенный, — её голос дал трещину, зазвенел гневом и сталью — и это был пугающий, но хороший знак. — Если тебя это так оскорбляет — ну что ж! Ты теперь в здравом уме и трезвой памяти, волен идти на все четыре стороны. Я держать не буду, даже вещи собрать помогу!

— Заботу обо мне в ключе твоих променадов с Грегором можешь засунуть в свою очаровательную задницу, это во-первых. И во-вторых, прекращай врать самой себе и честно скажи, чего хочешь — собирать мои вещи или трахаться со мной?

— Да при чём тут… сейчас вообще не важно, чего я хочу!

— Вот Бездна, Мэйр! Ты опять за своё?

Положительно, у них бы было гораздо меньше проблем и бессмысленных споров, если бы Мэйр тоже была бессовестной и эгоистичной. Хотя бы самую малость. Себастьян не без раздражения вздохнул и, резко шагнув вперед, с силой стиснул пальцы на хрупких плечах.

— Я тебе уже миллион раз сказал, чего хочу я — остаться здесь. С долбанутым деревом, плотоядной лошадью и вредной, упёртой, недоверчивой феей, которая вечно думает обо всех, кроме себя, — заявил он, встряхнув указанную фею для пущей доходчивости. — Скажи уже наконец, чего ты хочешь? Потому что мне-то это важно! Чего ты, чтоб тебя, хочешь?!

Себастьян был готов к очередной порции отговорок, увещеваний и обвинений демон знает в чём. Но Мэйр вдруг обхватила его лицо лихорадочно-горячими ладонями, дрожащими то ли от волнения, то ли со злости.