Феномен Руси, или Народ, которого не было

Здесь следует пояснить, что изгоями в Древней Руси XI–XII вв. назывались люди, вышедшие из своей социальной категории (крестьяне, ушедшие из общины, вольноотпущенные или выкупившиеся холопы и пр.). Тот факт, что за их убийство платится вира наравне с русинами и словенами, говорит о том, что изгои, по крайней мере, в это время, не считались лицами отверженными, пораженными в правах.

Итак. Согласно «Русской правде», в XI веке существовали две социальные категории людей, убийство которых карается наложением виры: первая категория — княжеские люди, за них положено платить виру в 80 гривен; вторая категория — русины, словене, изгои, мечники, купцы и пр., за них положено платить 40 гривен. Русины, в данном случае, это представители русских военно-торговых корпораций.

Есть определенные сложности со словенами, поскольку данный термин не имеет явного социального значения. Как трактуют вышеприведенный текст антинорманисты?

Антинорманисты под «русинами» имеют в виду жителей Киевской Руси, так как собственно Русью во времена Средневековья называлась именно Киевская земля. Поскольку «Русская правда» дана была в Киеве, то она ставит русина-киевлянина под княжескую защиту, как киевских княжих людей, так и купцов. Некоторые исследователи считают, что слова: «аще изъгои боудеть, любо словенинъ, то 40 гривенъ положите за нь» — вероятно, являются припиской, сделанной или в Новгороде и/или в угоду новгородцам, поскольку словенин тогда означал новгородца. Таким образом, антинорманисты трактуют «Русскую правду» в территориальном, «земляческом», смысле.

Норманисты же, не мудрствуя лукаво, утверждают, что русины — это скандинавы, а словен принимают за славян, тогда как, и выше мы уже упоминали об этом, всякий словен является славянином, но не всякий славянин является словеном. Таким образом, согласно утверждениям норманистов, в «Русской правде» мы имеем чуть ли не закон об этнической сегрегации.

Однако никакой этнической сегрегации и дискриминации в «Русской правде» нет и в помине. И княжеских людей, и русинов, и изгоев, и др., однозначно объединяет одна социальная черта — это все люди, выделившиеся из общины в результате разложения родоплеменного строя.

В краткой редакции фраза, перечисляющая категории подпадающие под уплату виры в 40 гривен за их убийство, выглядят следующим образом: «Аще боудеть роусинъ, любо гридинъ, любо коупчина, любо ябетникъ, любо мечникъ, аще изъгои боудеть, любо словенинъ…». Т. е. «если будет русин (далее, очевидно, перечисляются категории русинов) или гридин (княжьи телохранители, жившие во дворцовых помещениях, гридницах), или купец, или ябедник (первоначально — боярский управитель), или мечник, если будет изгой, или Словении».

Акад. Б. Д. Греков полагает следующе: «Добавочный в ст. 1 «Правды» перечень всех общественных группировок (выделено мной, общественных, а не этнических. — К.П.): русин, гридин, купчина, ябетник, мечник, изгой и Словении, по видимому, является той вставкой, которая была сделана Ярославом в 1016 г., когда он напутствовал «Правдой» возвращающихся из Киева новгородцев, помогших ему овладеть Киевским столом, всем им обещая право на 40-гривенную виру, т. е. равное право защиты жизни судом»[481]

.

Под «словенами», без всякого сомнения, подразумеваются новгородцы. Какая же категория новгородцев постоянно обреталась в Киеве? Ответ не составит труда — купцы и вооруженная охрана. Таким образом, в «Русской правде» под «словенами» подразумеваются члены новгородских военноторговых корпораций, которые, безусловно, занимали в Киеве весьма значительные позиции.

Какие же выводы можно сделать из «Русской правды»?

Во-первых, к XI веку корпорация Русь оказалась прочно вмонтирована в общественное и государственное устройство восточных славян. Во-вторых, выделение княжих мужей (именно государственного слоя) в категорию виры в 80 гривен, т. е. в качестве высшей социальной ступени, свидетельствует о том, что хотя роль руси в становлении восточнославянской государственности являлась достаточно высокой, тем не менее она не являлась определяющей.

Зададимся простым вопросом. Какими потребностями славянского населения (в данном случае речь идет о нем) оказался вызван к жизни институт государственного управления, а именно княжеской власти? Очевидно, что княжеская власть удовлетворяла двум главным потребностям славян, а именно: необходимости организации военной обороны и необходимости организации правовой системы, т. е. княжеского суда.

Я думаю, что вряд ли погрешу против истины, если возьмусь утверждать следующее. Всякая власть в те времена определялась соотношением двух вооруженных сил, обеспечивавших, во-первых, организацию суда и племенной обороны, во-вторых, безопасность торговых путей.

Власть, основанная на вооруженной силе обеспечивающей оборону и суд, это неторговая власть. Для подобной власти большое значение имеет территориальный вопрос, поскольку ключевой проблемой существования всякого племени (нации) является вопрос ареала обитания. По своей природе она монархична.