Философия Гарри Поттера: Если бы Аристотель учился в Хогвартсе

Почему люди, видя правду, все же верят этой лжи? Почему они дают обмануть себя иллюзорности, когда правда рядом? Почему, спросим еще раз, зло существует в мире? Ответ труден, но больше всего он пугает тем, что зло является результатом свободного выбора.

Зло как плод свободного выбора

Один из самых пугающих аспектов взгляда Ролинг на природу зла — то, что люди могут выбрать его и выбирают. Они предпочитают ложь зла правде добра. Разумеется, как мы видели, они не выбирают его как зло. Никто не скажет прямо: «Я меняю любовь, счастье и мир на ужасную жизнь, в которой нет ни любви, ни дружбы, в которой я буду жаждать только власти и силы — силы, которая, скорее всего, разрушит меня, не доведя до цели». Никто, почти никто не ставит себе целью служить злу именно как злу, сеющему тревогу, несчастье и деже смерть. Даже Волан-де-Морт должен постоянно лгать себе об окружающем его мире, преследуя свои цели. Но истина в том, что в конце концов люди должны выбрать между ложью и правдой.

Существует распространенная ложь, что люди предрасположены от рождения к злу по причине наследственности, расположения звезд или иной лично им присущей «судьбы», склоняющей их к тьме. Другими словами, последний обман зла состоит в том, что человек обречен на этот выбор. Подобно Питеру Петтигрю, он винит в этом внешние силы, а не свой собственный выбор. Эта тема проходит через все книги. С самого начала Гарри беспокоит то, что он якобы обречен учиться в Слизерине. Когда Гарри открывает, что понимает (как и Волан-де-Морт) язык змей, он пугается того, что не просто принадлежит к темной стороне, но что именно он — наследник Слизерина, который обречен погубить Хогвартс (ТК).

Страхи Гарри понятны, ведь ему постоянно твердят о том, что у человека нет свободы выбора. Магльг, такие как дядя Вернон и тетя Петунья, внушают Гарри, что он плох только потому, что обладает магической силой. Тетя Мардж, не ведающая об этой силе, высказывается мягче: «Если кто-то испорчен внутри, с этим уже ничего не поделаешь». Все трое, кажется, верят тому, что люди рождаются «плохими» или «хорошими» и что жизнь естественным образом строится на этом фундаментальном основании или на силе судьбы.

Многие мудрецы придерживались подобного же фатализма, начиная с астрологов и кончая теми, кто считает людей, лишенных магических способностей, предназначенными злу. Сибилла Трелани, учительница гадания, известная тем, что за всю жизнь сделала одно или два удачных предсказания, внушает ученикам, что от человека ничего не зависит и он целиком подвержен влиянию звезд. Другие мудрецы считают, что звезды тут ни при чем, а все зависит от чистоты крови будущего мага. Семья Малфой одержима идеей о ценности только людей «чистой крови». Драко часто дразнит Гермиону тем, что в ее жилах течет кровь маглов, называет ее «грязнокровой» — оскорбительный термин, означающий человека, в чьей родословной были и волшебники, и маглы. Семья Сириуса Блэка (чей девиз toujour pur — всегда чист) разделяет это убеждение. Наконец, Корнелиус Фадж, совершенно бездарный министр магии, кажется, тоже верит в эту теорию. Когда в Кубке огня многие волшебники, узнав о возвращении Волан-де-Морта и его сговоре с темными силами, просят Фаджа обратиться за помощью к Великанам, тот колеблется сделать это потому, что большинство магов ненавидит Великанов. Его убеждение, что волшебники выше всех как магических, так и немагических существ, олицетворяется в статуях, помещенных в Министерстве магии. В камне изваяны существа, с обожанием взирающие на волшебника и колдунью.

Дамблдор, неисчерпаемый источник мудрости, тратит много времени на то, чтобы рассеять эти фаталистические мнения. О предопределенности будущего он говорит Гарри так: «последствия наших поступков так сложны, так запутанны, что предсказать будущее действительно очень трудно». Логика Дамблдора основана на постулате о свободе личности и на том факте, что наши действия имеют непредсказуемый результат, потому что они непредсказуемо влияют на поступки других. Например, жестокость Малфоев, Кроучей и Блэков по отношению к их домашним эльфам имеет неожиданное следствие: доброе отношение Гарри к Добби (домашнему эльфу Малфоев) превращает последнего в скромного союзника, чья помощь оказывается в трудную минуту очень важной. В дальнейшем, как предполагает Дамблдор, жалость Гарри к Петтигрю может оказаться решающим фактором в столкновении с Волан-де-Мортом. Люди — не куклы, действующие по сценарию, написанному на звездах безличной судьбой. Мы не можем, просто обратившись к астрологии, узнать, кто чего стоит или как он будет действовать в тех или иных обстоятельствах.

Мы не можем сразу понять, есть ли у человека магические способности или нет, не можем сразу понять его суть. Чтобы сделать это, надо учитывать многое. В одном из эпизодов Тайной комнаты Дамблдор заверяет встревоженного Гарри, что, хотя у того немало общих достоинств и талантов с Волан-де-Мортом, он не похож на него.