Физ-культура? Физкульт-ура?

С Юрием Михайловичем мы познакомились в середине восьмидесятых, и знакомство это носило вначале чисто официальный характер. Мы были депутатами Моссовета, оба возглавляли комиссии – я по физической культуре и спорту, он, будучи генеральным директором крупного научно-производственного объединения, комиссию по городскому хозяйству и транспорту. Чем он отличался от многих других, так это умением находить нестандартные решения в вопросах, которые не решались десятилетиями. Москвичи старшего поколения, без сомнения, помнят, как почти все столичные предприятия вынуждены были привлекать к работе на овощных базах своих сотрудников – разгружать и перебирать морковь, капусту, свеклу, картошку… Первым секретарем МГК КПСС был тогда Б. Н. Ельцин. Крутой на расправу, он сурово, вплоть до увольнений, наказывал тех районных начальников, где подобные привлечения превращались в систему, однако это должных результатов не приносило. И тогда Ельцин поручил взяться за эту проблему «нестандартному» Лужкову. Не стоит сейчас рассказывать, что конкретно предложил в данном направлении Юрий Михайлович, но факт есть факт – довольно быстро москвичи забыли об этом виде «оброка».

Надо еще и вспомнить, в какое непростое время пришел Ю. М. Лужков на должность руководителя столицы. Ему пришлось вводить структурные изменения в управление городом, восстанавливать и отлаживать производственные, экономические, хозяйственные связи. И потом последовали коренные преобразования, которые заметили все – и ученые, и рабочие, и педагоги, и деятели культуры, спорта…

Собственно, на спортивной стезе мы с ним и контактировали.

Мэром столицы Ю. Лужков стал в 1992 году, и тогда же я пошел к нему на приём по очень щепетильному вопросу. Дело в том, что у «Лужников» не было денег для выживания. И тут обязательно надо сказать, почему это случилось.

При существовании СССР наш крупнейший спорткомплекс Европы был и задуман как планово убыточный, прибылей от него не ждали. «Лужники» жили за счет проведения спортивных и общественных мероприятий, эстрадных зрелищ… Поскольку на наших аренах проводились спартакиады народов СССР, универсиады, детские соревнования «Кожаный мяч» и «Золотая шайба», шли нам отчисления от Госкомспорта СССР, ВЦСПС и местных профсоюзных организаций: ведь именно профсоюзы отдельной строкой отчисляли средства на развитие массового спорта. А еще именно в «Лужниках» зародился прототип нынешних фитнес-центров: разрабатывалась методика оздоровительных занятий с людьми среднего и старшего возраста, которая потом была распространена по всей стране. Мы также стали набирать группы по лечению страдающих сколиозом детей с помощью плаванья и гимнастики…

И вот настали новые времена, когда Госкомспорт расформировали и федерации остались без денег, – им стало не под силу оплачивать аренду больших площадок нашего комплекса. Профсоюзы потеряли своё влияние, вопросы физической культуры и спорта ушли из их программ даже не на второй, а какой-то там десятый план. Коренные изменения экономического плана коснулись почти что каждой семьи. У одних не стало денег не то чтоб приехать в «Лужники», но и на хлеб, у других появились соблазн и возможности посетить элитные горнолыжные курорты, погонять мяч на песках бразильских пляжей.

В старом формате хозяйствования наш огромный спортивный комплекс существовать попросту не мог. Надо было переходить на самофинансирование, при этом не только сохранить его основное функциональное предназначение, но и развиваться далее. Вот почему мы стали акционерным обществом, выбрав ту модель акционирования, при которой доля правительства Москвы в уставном капитале составила 49 процентов, а доля нашего трудового коллектива, которую, надо подчеркнуть, он выкупил за личные деньги – 51 процент. Другими словами, была осуществлена неполная приватизация спорткомплекса как государственного предприятия, блокирующий пакет акций закреплялся за муниципальной структурой. Город экономически был заинтересован в том, чтобы «Лужники» не просто оставались на плаву, а стали прибыльным предприятием.

Но переходный период, замена одной системы хозяйствования на другую, как известно, длились не один день и даже не один год, потому к 1992 году спорткомплекс обветшал, остро нуждался в ремонте, реконструкции, и именно по этой причине я пошел на прием к мэру Москвы.

У Лужкова денег не было, зато он высказал идею, как их заработать. Юрий Михайлович сказал: в Польше, Чехии, некоторых других столицах европейских стран на территориях спортивных комплексов открыли торговые ряды. «А в Москве торговых площадей катастрофически не хватает, улицы превратились в грязные барахолки, из-за этого растут антисанитария и преступность. Создадим на какие-то время в „Лужниках“ цивилизованный рынок – у вас появятся средства для обеспечения нормального функционирования спортивных площадок, город тоже от этого много выиграет».